Ректор: Просто хочу слово предоставить тем, кто заявляет. И это правильно. Ну и в порядке очередности. Вот, пожалуйста, сзади молодой человек.
Матвей Шебалин
председатель Студенческого Союза БГУ.
Я вот хотел бы высказать по поводу помощи пострадавшим. Мы вот со стороны Студенческого Союза и потом нас в дальнейшем поддержали студенческие...
Ректор: Можно… Я прошу прощения, Матвей, вперед, давайте так.
Шебалин М.: Хорошо. Мы со стороны студенческого союза совсем недавно запустили форму помощи для пострадавших. Мы запускали (форму) и для студентов, и для сотрудников. И раз стоит такой вопрос, сейчас уже, естественно, начались освобождения, и пока массовых задержаний новых нет, но вот я могу предложить также и профкому сотрудников присоединиться к этой инициативе. В принципе, даже озвучить свою позицию. Сейчас, скажем, чего не хватает студентам? Студентам не хватает именно конкретных действий. Т.е. на уровне заявлений мы отлично вписываемся в поле, скажем так, взрослых людей и категорий такой высшей игры. Но на уровне студентов, которые еще получают образование, и многие не понимают подоплек этих заявлений, и что они несут. Им нужны, скажем так, простые действия. И вот первое, это было бы неплохо действительно заявить открыто о помощи, что они могут прямо подойти. Сейчас, конечно, основной вид помощи, это, естественно, там всем юр.(помощь), но, к сожалению, мы с чем столкнулись, и, возможно, нам профком сможет помочь, это очень у многих студентов пострадала личная техника, потому что её просто-напросто разбили намеренно, к сожалению. Вот.
И второй момент, касательно действий, что сейчас в рамках этих условий появляется очень много призывов, которые возможно где-то высказаны на эмоциях, я думаю не секрет для некоторых здесь (присутствующих) призывы к забастовкам есть внутри университета, которые, я бы даже сказал, имеют немножко и разрушительны для университета. Потому что радикализация в то же время у людей разных взглядов. И в то же время от университета призывов…, и эти призывы подтягивают выпускников. Вот про что я хотел сказать. В этом обращении мы, к сожалению, никак не затрагиваем выпускников, мне кажется. И было бы возможно интересно в том пункте, где мы призываем и готовы предоставить интеллектуальную помощь, а так вот косвенно и обратиться к выпускникам, и сказать, что надеемся, что и наши выпускники тоже смогут помочь нам своими знаниями и навыками. Потому что сейчас мы это как-то не оговариваем. Спасибо большое.Ректор: Спасибо. Ну, интересное предложение, даже не одно здесь, да? Акцент на выпускников и акцент первый на помощи.
Шадурский В.Г.: Конкретизировать нашу помощь.
Ректор: Да, согласен. Действительно хорошее предложение. Еще вопросы. Да, пожалуйста.
Ангелина Гастомова
председатель студенческого совета по качеству образования исторического факультета.
Всем добрый день. Меня зовут Ангелина Гастомова, я председатель студенческого совета по качеству образования исторического факультета. Здесь мы многие, ждем, возможно, каких-то действий. И, к сожалению, мы говорим о пострадавших студентах, о пострадавших преподавателях, но я, как член студенческого актива, за последнюю неделю сталкиваюсь, к сожалению с тем, что многие студенты действительно боятся подоплеки, и они втихую обращаются к студенческому активу, чтобы мы ни в коем случае не сообщали о том, что с ними случилось администрации. Поэтому, я думаю, что вполне логичным себе действием будет организовать хоть какую-то акцию поддержки или акцию солидарности именно студентам и преподавателям БГУ пострадавшим. Мы привлечем к этому наших студентов и те люди, которые замалчивают о своих проблемах увидят, что университет действительно готов им помочь без каких-то для них в последующем плохих последствий. Хотя ректор говорил, что не будет применять какие-то санкции впоследствии к этим людям, но они, к сожалению, даже после этого обращения имеют вот такие проблемы. Вот.
Это мое предложение.
Ректор: Спасибо, можно сразу вопрос? А какие проблемы имеются, вот в чем сомнения? Что кто-то кого-то отчислит? Я не понимаю.
Гастомова А.: Нет, нет, нет. Они просто… Возможно они боятся, они не доверяют. И это в основном ребята с периферии, которые учатся на бюджете. И плюс, нам пишут их родители, не сами (студенты) возможно, пишут родители, которые боятся. Ну просто такое есть, и я думаю кто-то из вас с этим сталкивался. Конечно, большинство ребят обращаются, но…
Ректор: Обращаются за чем?
Гастомова А.: Обращаются за помощью. Или они информируют, например, нас задержали.
Ректор: И они боятся обращаться?
Гастомова А.: Да, они боятся обращаться.
Реплика из зала: Ну здесь же Совет поддерживает.
Ректор: Вопрос вот, понимаете, верить - не верить, я не знаю. Мы его этим мессенджем не разрешим. Можно хоть десять сделать, если человек не доверяет, то он и не будет доверять. Т.е. какие конкретно…?
Гастомова А.: Вот смотрите, я сказала…
Ректор: Как с вашей точки зрения шаги надо сделать, чтобы было больше доверия? Ну если ректор говорит нет, не будет, если не верят, то это что значит, ректор обманывает?
Гастомова А.: Нет, нет, нет. Подождите, я говорю именно про действия. Тут говорили про действия, я просто предлагаю как вариант, чтобы повысить этот уровень доверия, чтобы показать, что университет действительно открыт, даже для тех, кто, возможно, боится. Просто устроить какую-то именно акцию солидарности, что-то такое…
Ректор: В чем она состоит?
Реплика из зала: Расскажите главное.
Гастомова А.: Ну смотрите, формат можно продумать абсолютно открыто, что угодно, возможно если будет “Vivat” мы там поставим какую-нибудь, я не знаю, зону, где мы сможем, я не знаю…
Ректор: Зона плохое слово.
Гастомова А.: Самый простой формат: мы можем записать к ним вот эти, знаете, листовочки, паштоўкі, открытки, что угодно. Просто чтобы эти люди видели, что их внутри университета поддерживают.
