декан факультета журналистики (13.07.2018 - 09.2022)
Медведев Д.Г.: Ольга Михайловна, я хочу вас, если вы хотите, пару слов сказать. Потому что вы сегодня были на переднем крае.
Самусевич О.М.: Я думаю, што мы зараз усе на пярэднім крае. Сёння сапраўды, я прайшлася па ўсіх кафедрах. Цэлы тыдзень мяне гвалцілі, каб я правяла агульны збор, Савет. Таму што ім хацелася вельмі выступіць ад нейкага калектыва. Ну яны не ўгадалі, канешне, у нас якраз своечасова ковідныя з’явіліся.
Таму мы правялі сустрэчы асобна з кожным калектывам кафедры. Скажу адразу, у мяне можа сітуацыя трошкі адрозніваецца ад сітуацыі іншых факультэтаў таму што ў мяне адразу патрабаванні: не адпраўляць студэнтаў на практыку ў дзяржаўныя СМІ, таму што яны сябе там не апраўдалі, не размяркоўваць у дзяржаўныя СМІ. Самі разумееце - гэта такія прафесійныя патрабаванні, якія канешне ж ніхто не будзе выконваць. І я спасылалася, як і мы ўсе, на тыя нарматыўныя дакументы, якія існуюць і падпісаныя дамовы і пагадненні.
Сапраўды, я падтрымаю, што вельмі добра, што мы зрабілі Саветам, вось гэта пасланне, таму што насамрэч, калі мне всячэскі выкручвалі рукі, казалі, выкажыце пазіцыю факультэта журналістыкі. Я кажу, так мы ж выказалі. Якая пазіцыя факультэта, калі ўвес БДУ сабраўся, усе прадстаўнікі адзінагалосно выказалі сваю пазіцыю, і другой пазіцыі ў факультэта быць не можа, мы як структурнае падряздзяленне, мы як калектыў у калектыве, мы толькі гэта выказваем. У кожнага свая пазіцыя, мы яе паважаем, і адзінае, што я заўважыла, што прайшло ўсё спакойна. Канешне, ёсць кафедры, калі так сабраць з файкультэта, то гэта па сутнасці так актывістаў, то гэта пяць-шэсць актыўных. Астатнія слухаюць, чуюць, сумняваюцца. Ну людзі гатовы працаваць. Адзінае сапраўды, я тут згодна, калі мы пачнем душыць, вот яны якраз пакуль гатовы да дыялога. Яны гатовы дзе на паслабленні, дзе мы можам прапанаваць, што вось на іх нейкія… Пакуль яны з намі размаўляюць. Калі мы пачнем душыць, яны перастануць з намі размаўляць. І таму б я заклікала пакуль рэзкіх рухаў не рабіць, а сапраўды размаўляць з людзмі, слухаць, якія-та палёгкі, якія-та шукаць выхады.
Але мы самі разумеем, з аднаго боку, калі мы сказалі, што адлічваць не будзем, звальняць не будзем, то адразу: “А ну тады, а калі мы пятнадцаць сутак будзем сядзець у турме, то вы нас звальняць не будзеце?” У іх адразу другая пазіцыя. Таму што ёсць людзі-радыкалы, якія ідуць да канца. Я думаю, што на сённяшнім этапе нам на руку час. Нам трэба максімальна цягнуць час, штоб сітуацыя была спакойнай, а не прымаць нейкія там… Махаць шабляй і адлічваць, і ўсё астатняе. Зараз трэба спакойна размаўляць з людзьмі пакуль яны размаўляюць. І кожны дзень вось гэтых спакойных размоў дае нам больш магчымасцей гэтую сітуацыю звесці да нармальнай працы. Усё зменіцца, канешне. Мы будзем некія змены, но па-крайняй меры без гэтых вось рэзкіх выступленняў. Па-крайняй меры ў мяне такое меркаванне.
Медведев Д.Г.: Спасибо. Есть у кого-то что-то, что мы еще не озвучили. Может кто-то, чтобы не томить?
Уважаемые коллеги, мы собрались обсудить, что и как поступать в разных ситуациях. То, что я видел, ну по крайней мере в той информации, которой мониторю, в том числе в том, что касается историков. Я понимаю… Появляются активисты, те которые раньше не были активны и в разных протестах. То есть это другие лица, от которых ожидалось, ничего. Те, которых не ожидали, есть. Это первое.
Второе. Четко понятно, что их варианты действий во многом зависят от наших действий. Они ждут, как поступим мы. А в ответ, какое действие будет их. Они ожидают. Они очень хорошо мониторят какие будут совещания на факультете. Где можно как, чего. Это есть такой момент. Четкого плана действий у них, я так пониманию, нет. Ну по-крайней мере те, которые вокруг историков. Хотя может быть за сегодняшний-вчерашний день, что-то изменилось.
Но, в любом случае, мы сегодня не изберем четкой (линии) действий, потому что очень быстро ситуация меняется. И вынуждены реагировать на “сегодня есть?”, на вот эту конкретную ситуацию. Поэтому я не знаю. Понятно, что в данной ситуации самый главный инструмент — это диалог. По другому никак. Но и в этом диалоге надо понимать, что часто люди с тобой соглашаются, а в тоже время в душе они где-то, как-то, в чем-то и участвуют. И надо относится, к сожалению, к этому терпимо, или к счастью терпимо, но тем не менее.
Но есть ситуация, я не говорю за другие факультеты. Я пытался мониторить ту ситуацию, которая складывается на (историческом) факультете. И в данной ситуации получается именно такая. Виктор Николаевич не согласен?
В.Н.: Согласен, полностью, голосую “ЗА”.
Кохановский А.Г.: Но очень по-разному. Причем неожиданно, непонятно почему.
Медведев Д.Г.: Юрий Станиславович, я хочу вам слово представить, как руководителю первого забастовщика БГУ. Как там у нас?
Ю.С.: Ну, мы подошли к этому вопросу гибко. И также выслушали его, что он хочет здесь забастовку эту здесь осуществить. Ну поскольку мы все имеем нормативные эти документы и понимаем, что это трудовые отношения, да? Он может только здесь оспаривать или жаловаться на трудовые отношения, поэтому мы объяснили ситуацию и в первый же день, мы, конечно, по результатам наших с ним разговоров, он пошел дальше работать, он не сидел, не отказывался от выполнения служебных обязанностей.
Медведев Д.Г.: Прошу прощения, может тут кто-то закипает. Вы все сделали правильно. Просто про другое. Сейчас последователей этого забастовщика сильно много не наблюдается?
Ю.С.: Нет, нет, нет. Потому что люди все заняты своим делом, и когда они все заняты, выполняют свои обязанности, тогда и не возникает никаких шальных, дурных мыслей. У каждого, конечно, есть свое мнение. Он имеет право высказывать, но за пределами нашего заведения, пожалуйста. Мы не можем его остановить, если он где-то пойдет и захочет, что-то сделать. Вот здесь мы не остановим, конечно, и ответственность я не буду нести за них, если вдруг в голову кому-то взбредет пойти там белую ленточку, или там флаг какой-то. Но на рабочем месте, если возникает такая ситуация, надо этого человека брать, разговаривать, объяснять, успокоить вот этим хотя бы.
декан филологического факультета (29.11.2002 - 01.04.2021)
Уважаемые коллеги! Уважаемые коллеги! Университет наш постоянно проводил, и будет проводить много различных мероприятий. Вот в частности и по линии ректората. И сейчас, наверное, как никогда, нам надо задуматься о целесообразности некоторых из таких мероприятий. Что я имею в виду? Нам не так давно, на все факультеты разослали информацию, что в сентябре, начиная с сентября начнется аттестация сотрудников университета и факультета в частности. И согласно этим документам характеристику на каждого написать там на три страницы, аттестационный лист, там куча документов. Создается комиссия на факультете. Приглашается в эту комиссию, сотрудники, представитель ректората. Каждый в течения дня аттестует не более двадцати человек. Потому что каждый будет вызываться на эту комиссию. Ну и так далее.
То есть представьте себе ситуацию, вот на сегодняшний день. В принципе, вот так информация прошла, как люди воспринимать будут вот эту акцию, это мероприятие? Ну как бы воспринимали и вчера не очень радостно, а сейчас восприниматься будет однозначно. Это что? Каждого сейчас будут вызывать? С каждым сейчас будут разбираться. Выяснять там, будешь ты работать или не будешь в университете. Надо ли нам сейчас? Мы не проводили ни в прошлом, ни в позапрошлом году, хотя это на основании постановления еще десятого года. Две тысячи десятого года. Но сейчас вот в такой форме проводить это мероприятие такое, ну я не знаю. Надо ли нам это делать, Дмитрий Георгиевич?
Медведев Д.Г.: Иван Семенович, это мероприятие: запланировано было не БГУ и запланировано было далеко до девятого августа. Естественно у нас ни седьмого сентября не будет Совета, и я думаю в ближайшие пару месяцев аттестации не будет. Потому что не про то говорим. Просто мы убеждаем, с моей точки зрения, что это плохо, это плохо. Что нам делать? Вот допустим на биофаке, я так понял, ситуация непростая. Как я Петра Ивановича (Бригадина) вижу улыбающегося - хорошая, у Шадурского вообще все в шоколаде - позитивная. (Обсуждение) Коллеги, у кого есть еще проблемы с преподавателями? Мы ж не под запись, не под увольнение, просто где ждать, что рванет?
Ровдо И.С.: Рванет или не рванет. Это произойдет через тридцать первое (августа), первое (сентября), когда все студенты приедут, когда приедут преподаватели. Тогда будет понятно. А сейчас, то что я говорил, то, что надо задумываться над теми мероприятиями, которые могут стимулировать или наооборот сдерживать эти протестные акции. Поэтому, одна из таких, о чем я говорил…
Медведев Д.Г.: Мы её проводить не будем.
Шадурский В.Г.: У нас есть рейтинговая система. Она почти похожа.
Медведев Д.Г.: Это другое. Это навязывание администрации того, чего никогда не было. Но эта аккредитация ставит виновным, что мы вас, нас, не интересуем. Поэтому давайте пока это отложим.
Честно говоря у меня сегодня целый день были такие встречи, как вы говорите, с трудовым коллективом поскольку стали выходить люди из отпусков и на самом деле ситуация она на самом деле драматическая. Потому что молодежные лаборатории, включая мою собственную, коллективы, некоторые там по пятнадцать-двадцать человек, они настроены, я бы сказал, очень активно. И что-либо их сдержать, принцип такой, либо увольняйте нас, либо мы уезжаем за границу все, чуть ли не целой лабораторией. Вот такое я слышал сегодня: “Мы возьмем и уедем всей лабораторией.” И это реалистично, вполне реалистично в нашей области. “Но мы как бы, то что мы делали, то и будем делать, и не хотим мы успокаиваться, ничего не хотим.” И это массово. Я могу сказать, вот если мнение такое, то это 100% сегодня я такое слышал.
Что с этим сделать я могу? Технически и физически ничего не могу с этим сделать. В каком правовом поле? Я прошу их не выступать с пикетами, не устраивать революции в стенах университета. Это максимум, что можно добиться от этих людей.
Медведев Д.Г.: Так мы большего и не просим. Об чем речь? А в ответ что?
Демидчик В.В.: В ответ что? Понимаете. В ответ: “Выскажите свое мнение, что вы об этом думаете?” Каждый, наверное, второй меня об этом просил. Уйти от оценки какой-то разумной, ну мы ж все люди тут образованные достаточно, не только совесть есть, но и интеллект небольшой, да?
Реплика из зала: У деканов в особенности.
Демидчик В.В.: Да.
Реплика из зала: Самокритика так и прет.
Демидчик В.В.: Может не у всех деканов, я не отношу их к каким-то интеллектуалам, но мы тоже можем догадаться, что происходит. И понятно, что являясь какими-то лидерами не только в совести, но и в интеллектуальной части на факультетах, люди требуют от нас: “Чем закончится?” Меня сегодня спрашивали раз десять: “Ну и чем это закончится? Скажите, что вы думаете?” И я начинал там выдумывать, тоже импровизировать должен, понимаете, чем закончится.
Реплика из зала: И чем?
Демидчик В.В.: Чем-чем? Точно, что чем-то закончится. Это я могу со всей ответственностью сказать, что чем-то закончится, но чем? Посмотрим, поживем. Но на это уходит во первых очень много времени. Сегодня убило, я считаю, пол-дня времени у меня это. Я иду и меня просто хватают, тащат: “Скажите, вот что будет. Как нам себя вести? Что нам делать?” Пожилые преподаватели тоже, я слышал сегодня такие темы: “Нам нечего терять, мы жизнь прожили, мы пойдем там на баррикады. ” Такого рода. Когда все это скреститься еще со студентами, я скажу, что будет ситуация намного сложнее. Чего однозначно можно прогнозировать, что как-то сдерживать, что мы с кем-то поговорим персонально, вряд ли это удастся что-либо здесь сдержать какими-то вот такими мерами. Мы, конечно, предпримем все возможное, чтобы тут не было какого-то очага напряжения. Но по моим наблюдениям сегодня это вряд ли возможно.
Плюс стачкомы вот эти все… Я прямо ехал сюда, а у нас там какие-то уже, мне сказали: “Как вы относитесь к стачкому?” Ворвались ко мне в лабораторию, подписывай тут вот стачечный комитет. Ну я честно сказал, что я отношусь как декан, как лицо государственное, я отношусь плохо. Как там скажем про совесть говорили и так далее, то вот возможно у меня есть какое-то персональное отношение, но я его здесь выражать не имею права. В принципе, как все мы. Поэтому ситуация, я не знаю во что она выльется, коллеги. Понимаете? Нужно быть здесь готовым к любой форме, когда начнется учебный год. Когда появятся студенты. В нашем случае, у нас еще и заочники, установочная сессия и так далее. То есть это будет сентябрь у нас пятьсот человек новых. Вместе там полторы тысячи, две тысячи накопиться. Мы не знаем, чем дело закончится. Заочники — это люди взрослые.
Шадурский В.Г.: Я вот все-таки опять же говорил, что будут историки там через пять-десять лет. Вот этот документ очень ценный.
Медведев Д.Г.: Это мы уже слышали. Вывод какой?
Шадурский В.Г.: Я говорю, что здесь все ответы на вопросы. Здесь нормально. Я сегодня ответил на все вопросы.
Первое мы оцениваем ситуацию. Всё здесь.
“Призываем участников конфликта вернуться в правовое поле. Искать решение переговорами. Прежде всего политическими … государства.”
Четко. Точка. Поэтому я просто говорю, что сегодня в диалоге мне это… Я распечатал, раздал и все. Поэтому поздравляю Совет университета, что он принял.
Медведев Д.Г.: Виктор Геннадьевич, спасибо.
Демидчик В.В.: У меня есть один момент. Смотрите. Вот что мы можем? Какие-то конкретные вещи. Действительно, здесь правда звучало очень разумно. Я просто готов подписаться под всем, что старшие коллеги говорили, что нужно сохранить во-первых университет, не дать… У нас во всем этом участвует, конечно, молодежь в большей степени. Если мы её потеряем. Вот они разъедутся куда-то там или что-то еще. Мы и так их еле сдерживаем. То нам в значительной степени конец. На какое-то время мы не закроем педпроцесс, мы не сможем развиваться в научном плане. Очень тяжело будет. Поэтому нужно, ну не то чтобы бороться за каждого конкретного человека, но все-таки стараться каким-то образом не увольнять людей, не увольнять. Каким-то образом оттягивать эти процессы, мое мнение. Потому что у людей меняется мнение, меняется отношение. И один момент человек вспылил, что-то наговорил, в чем-то поучаствовал. Завтра он глядишь остыл и все по-другому. Понимаете? Поэтому ну не делать таких скоропалительных решений. Я очень поддерживаю, что вы говорите на счет провластных митингов, потому что я не знаю, чем дело закончится, если я вдруг позову на провластный митинг кого-то на факультете. Убьют, возможно, что-то еще. Не дай Бог. Я шучу.
Просто, действительно, стараться сохранить университет, сохранить кадры. Студенты, ну понятно, тут уже дело такое. Опять-таки вопрос с отчислениями студентов, понимаете, отчислениями преподавателей. Очень бы не хотелось это делать. Исключительно не хотелось бы.
Медведев Д.Г.: Вадим Викторович, спасибо большое. Мы не агитируем за Советскую власть. Мы не призываем ни к одному, ни к второму, ни к третьему. Но как это сделать? Без деклараций, каждому в нос Советом не тыкнешь. Он его возьмет порвет и дальше что? Какой диалог может быть?
Можно? Я хотел абсолютно поддержать последнее, что было сказано. Если мы начнем хоть какие-либо репрессии либо против студентов, либо против преподавателей мы получим только обратную реакцию. Абсолютно. Просто люди на самом деле обозлены достаточно многие этой сложившейся ситуацией. Есть на что многим обижаться. У нас тоже есть студенты, и преподаватели есть, которые ни за что, ни про что получили. И как мне им в глаза смотреть, после этого выискивать кто потом что-то чего-то высказался. Люди, в принципе, имели полное моральное право высказаться. Поэтому репрессий здесь никаких устраивать нельзя.
Но и с другой стороны понятно, мы должны обеспечить функционирование университета и каждого факультета в отдельности. Но если, условно, физфак завтра не выходит и не работает, то я боюсь, что спустя какое-то непродолжительное время физфака в принципе не будет. А это для нас да, для нас это сокровище. Поэтому мы за то, чтобы работать, спокойно работать, но никаких репрессий, ни за какие мнения не устраивать. Но эти мнения должны выражаться в правовой форме и, конечно, никаких акций, никаких политтехнологий, каких-то демонстраций откровенных ни с одной, ни с другой стороны не должно быть в рамках университета, ну в частности, факультетов.
Медведев Д.Г.: А если они будут? Что вы будете делать на физфаке?
Тиванов М.С.: А вот если они будут, вот честно не знаю, что мы будем делать. Смотря какими будут. И действительно, здесь то, что здесь не однажды прозвучало, это в первую очередь буду разговаривать с людьми. Я уже начал разговаривать по кафедрам. И на одной из таких, скажем так, очень больших и женских, сложных кафедр наших. Вот сегодня у меня был длительный достаточно разговор и, честно говоря, я рад, что мы поговорили. Потому что у людей были определенные опасения, у людей были определенные ожидания давления и так далее, и после того, как мы поговорили спокойно, ну мнение вообще говоря изменилось, люди спокойно готовы работать. В этом плане я поддерживаю коллег, нужно как можно больше разговаривать с людьми. Где-то и соглашаться с ними, потому что у нас, действительно у всех, и даже у руководителей, извините, есть совесть. И мы…
(Шум в зале)
Голос из зала: Не, ну исключения из правил бывают же…
Королева А.А.: Вот эта ремарка по поводу… Ты еще не закончил?
(Смех в зале)
Тиванов М.С.: Но есть какие-то меры, которые мы тоже сами не должны где-то передавить. И было каких-то пару моментов, по которым мы уже и разговаривали…
Ну, к примеру. Я вот по физфаку честно говорю. (Пауза) Мы когда-то приняли, вот у нас внешние совместители, мы должны их контролировать жестко. Какие там параметры, соответствует, не соответствует. Я вот честно говорю. Дмитрий Георгиевич (Медведев) в курсе. Но я это не буду выполнять, хотя нам сегодня опять сказали в кадрах, что это не будет подписано и так далее, и так далее. Но если я сейчас начну заставлять заведующих кафедрами давать какую-то статистику там и так далее, почему мы берем кого-то внешнего совместителя, а не берем у нас изнутри человека. У нас в принципе проблема закрыть сейчас вопрос с тем, чтобы начать учебный процесс. Некоторые люди пишут заявления об уходе. Не хотят ничего слышать. Некоторые совместители отказываются работать. Мы в первую очередь должны закрыть учебный процесс. Если мы сейчас будем выискивать, этот плохой, этот хороший, и заведующему кафедры я буду ставить задачу вместо того, чтобы найти человека и закрыть вопрос с началом учебного года, я буду его просить писать вот такие обоснования, почему он его берет. Ну меня, извините, некоторые пошлют, и я с ними буду согласен. Поэтому ну давайте хотя бы таким не давить на людей лишними сейчас вопросами.
По, вот был вопрос, Иван Иванович (Янушевич) в курсе, по кураторам. Почему люди не хотят быть кураторами? Потому что мы не хотим завтра участвовать в том, что нас завтра попросят: “снимите студентов и идите там на понятно какой митинг.” Ну не хотят люди так больше. И я им честно скажу, и здесь честно скажу, вот пока я декан и в ближайшее время мы людей и студентов, ну студенты тоже люди конечно, заговариваюсь. Сотрудников и студентов мы загонять на любые митинги не будем. Провластные, не провластные, любые митинги не будем. Мы спокойно работаем, как Ольга Ивановна (Чуприс) нас учила: “Физики, занимайтесь физикой.” Ну, будем заниматься физикой.
Медведев Д.Г.: Михаил Сергеевич, спасибо. Но скорее всего это же просто пока честная по совести декларация. Но всего лишь декларация. Потому что жизнь она гораздо интереснее.
Тиванов М.С.: Ну встреча со студентами у меня…
Медведев Д.Г.: Про провластные митинги я просто хочу ответить, что мы тоже с девятого числа мы убеждаем министерство (образования), чтобы никаких провластных митингов здесь не делать.
Тиванов М.С.: Просто будет обратная реакция.
Медведев Д.Г.: Заметьте, но те, которые антипровластные, они нас даже не спрашивают. И про это же и идет речь. Они собрались в холле допустим, в 220-й аудитории и два часа поют Турмы муры. Пускай поют?
(Обсуждение)
Тиванов М.С.: Здесь получается какой-то социальный договор. Если мы их не сгоняем на митинги, они не устраивают вот эти.
Медведев Д.Г.: Это правильно, я привожу пример, что сегодня было на ФСК.
Важник С.А.: Стоп, там ничего не было. Я прошу прощения, в аудитории никто не пел ничего.
Медведев Д.Г.: Нет, коллеги, я же не нагнетаю. А то получается там совесть есть, а тут совести нет.
Голос из зала: Это руководитель, чем выше руководитель…
декан факультета международных отношений БГУ (01.09.2008-03.03.2021)
Спасибо. Уважаемые коллеги, действительно университет переживает в своей столетней истории одну из драматических страниц. И поэтому… Конечно, были и еще более драматические, мы это знаем, историки, здесь много историков. Поэтому, конечно, мы сегодня должны быть очень аккуратны и принимать те действия, которые будут обсуждать те, кто будут работать через пять лет. Поэтому я говорю давайте тоже оглядываться и в будущее, какие нам дадут оценки.
Поэтому я скажу, что университет - это действительно интеллектуальный центр. И, конечно, мы должны вести здесь… я понимаю, в рамках жесткой вертикали, которую у нас строили, … мы должны иметь немножко свою позицию. Понятно, что мы не территория протеста, не территория антигосударственности, это очевидно.
Университет очень хорошо сработал приняв это обращение. Те люди, которые обсуждали, там были и молодые, и немножко опытные в лице Петра Ивановича (Бригадина). Понятно, на заседании Совета (17.08.2022) его немножко так причесали, но этот документ сегодня является основным.
Сегодня на Совете ФМО, где присутствовало более тридцати человек, поддержали этот документ и сказали запишите в протокол, требовали, потому что через “дзесяць гадоў будуць глядзець гэты пратакол…”
Медведев Д.Г.: Ну это о хорошем, а теперь о плохом.
Шадурский В.Г.: Нет, плохого нет. Если мы будем придерживаться вот этого решения. Оно завуалировано, но мы все сказали здесь. Мы слушали студентов, мы приняли. Поэтому дорогие руководители. Я понимаю, что вам тяжелее. Нам тяжело, потому что нас бьют снизу, вас бьют сверху. Ну как между молотом и наковальней оказываются деканы. Вот этот документ принят Советом и там есть несколько моментов о том, что университет, вы все знаете, что это вековые устои академической толерантности и свободы мнений. Поэтому какие-то высказывания в сетях там, в которых нет призывов, давайте к этому спокойно относиться. Понимаете?
Ну говорит человек, потому что университет в любом случае спокойный, политически он нейтральный, есть небольшая доля. Ну и выдут они там постоят три минуты. Если мы на их будем вызывать полицию, конечно все будет дальше развиваться, коллеги, мы же это прекрасно знаем. Встречаться, поговорили, пришли люди излили душу. Ну у них была боль, да это фейк, наверное… Да, Сергей Александрович? Они там нигде не участвовали. Или скорее это правда была?
Понимаете мы же тоже должны понимать, у нас же тоже есть совесть, мерило нашей деятельности. И какими коврижками можно оправдать тогда, вот я хочу на должности быть, я получаю там деньги, не знаю куда их девать. Совесть наша тоже остается. Но главная наша задача, спасти факультеты, университеты, выстоять, сохранить коллективы. Но давайте, немножко толерантности. И ни в коем случае не начинать какие-то репрессии. Я боюсь, что если это начнется, я в этом не буду участвовать. Спасибо.
Віктар Шадурскі пакінуў сваю пасаду ў пачатку сакавіка 2021 года. Рэпрэсіі ў БДУ толькі набіралі моц…
Ну тут какая ситуация? Видите, она изменилась принципиально. Здесь уже говорили о риторике. Нам дали, получается, где-то порядка двух недель, где мы могли относительно самостоятельно принимать решения. И не было студентов, появлялись преподаватели, то есть первое, мы никак активно не реагировали. Мы видели, что происходит, но активно не реагировали. Проводили подготовительные меры. Работали с первым курсом. Сейчас пошли кафедры. Сейчас позиция следующая, что на любую акцию, попытку забастовки, мы это видели, должна быть жесткая реакция. Это звучало и вчера, позавчера, на совещании ректоров. Сегодня, когда был уже глава государства. То есть если мы… Моя точка зрения, как правильно по технологии, дать им выговориться.
У меня сегодня было заседание кафедры, вся кафедра социальной коммуникации спокойная, две там на эмоциях женщины высказались, одна там покричала, и всё. Мы дальше перешли, там двадцать рабочих вопросов. Кафедра стала работать. Никаких вопросов на данном этапе по забастовке не стояло, там просто спрашивали, отвечали на вопросы.
Сейчас поменялась ситуация. Мы видим, что власть от нас ждет жестких шагов. Ну понятно, что если они не ходят, мы их должны отчислять. На мой взгляд здесь у нас есть люфт какой? Я посмотрел положение. Нам чтобы отчислить студента надо набрать достаточное количество его непосещений. Протестная активность она постепенно падает. У нас и так студенты ходили на занятия. Они и так по итальянской забастовке занимались. Придешь, проверишь, половины нету условно говоря. Поэтому мне кажется здесь, ходят они, не ходят. Эта часть, мы не можем реагировать на все вызовы. Если мы начнем на все реагировать у нас не хватит времени. На это они и нацелены, чтобы нас парализовать. То есть вот студент ходит. Отмечают, не отмечают, это вопрос такой. Я думаю, что неделя-две и они сами, как у нас с ковидом было, потянутся в аудитории, мне кажется.
Нам самое главное, действительно о чем говорят, не допустить этих вот пикетов. То, что нам рекомендуют, ну какое-то там силовое, несиловое… Ну не получится. Единственный метод.
Первое, о чем мы говорили. Не разговаривать с толпой.
Второе, приглашать к себе в кабинет, надо там стенографировать, не надо. Вот как было здесь. Помните, когда на крыльце. Пришли, два человека к Сафонову, поговорили…
Медведев Д. Г.: Мы же тоже пытаемся заходить…
Гигин В.Ф.: А по другому не будет. И конечно смотреть…
Медведев Д.Г.: Вот они… прошу прощения, что перебиваю, не факт, что все на это пойдут. Поэтому это уже… Они поняли наши действия, нашу стратегию. Значит возможно организаторы скажут: “Ломайте стереотипы”.
Гигин В.Ф.: Но тут от нас зависит. Но я боюсь, вот я сегодня послушал и видел. Насколько мы готовы? Насколько готовы коллективы? Я боюсь, что нам придется… к октябрю месяцу, станет вопрос, кого-то увольнять, вот это еще один вызов, но никого не отчислять. У нас по отчислению, по положению к октябрю они еще столько прогулов не наберут, чтобы их отчислили. Но это вызовет тогда, новую волну, понимаете? Моя позиция, давайте обсудим. Мы не то чтобы не замечать, а вести такой… Они хотят итальянскую забастовку, а у нас будет итальянская контрзабастовка. Я готов все время беседовать, разговаривать, пить чай, приглашать к себе в кабинет. Ведь главная задача, вот Сергей Александрович (Важник) показал, сбить эту волну.
Первое мы видим, хотят выговориться.
Второе, большинство коллективов достаточно спокойны.
Есть крикуны. Вот завтра у нас тоже встречи какие-то пройдут. Но упаси нас Господь от этих крайних, жестких мер. Это вызовет просто новую волну, и более того, от нас эти меры ждут. Я читаю, допустим, эти чаты. Там как? Их волнует, что администрация никак не реагирует. Что они там задумали? Что они? Как они? Что там? И это вызывает у них тревожность. И это вызывает постоянно соплежуйство какое-то, извиняюсь за такой термин. Они волнуются из-за этого. Но если как только мы в ближайшие две недели пример жесткую какую-то меру произойдет взрыв. Понимаете?
проректор по воспитательной работе и социальным вопросам (18.01.2018 - н.в.)
Второе здесь на обсуждение, Дмитрий Георгиевич (Медведев), Андрей Олегович (Довыденок). Вот у нас на ступеньках нашего любого из учреждений, значит, факультетов выстраивается группа лиц с ленточками, либо с флагом, либо раздача… Какие наши меры реагирования? Какие у нас?
Кто???
Довыденок Д.О.: Дело в том, что нашим положением о пропускном и внутриобъектовом режиме установлен порядок пропуска на территорию университета. Основанием для входа на территорию является студенческий билет для студента и удостоверение для работника. Люди, которые имеют эти документы, они проходят на территорию университета свободно и без вопросов. Что касается их каких-то организованных действий. То здесь опять же нужно каждое действие рассматривать в индивидуальном порядке. Вплоть до, как было сказано, вызова правоохранительных органов. Для того, чтобы вызвать работников правоохранительных органов нужно понимать, что их действия, действия людей, которые выражают свое мнение организованно или подпадают под статью административного или уголовного кодекса, или не подпадают. Моему, скажем так, простому охраннику будет довольно тяжело отделить вот эти вот стороны. Потому что у меня далеко не все прошли через правоохранительные органы, хоть у меня как бы полусиловая структура в рамках университета, но не каждый, я скажу, может идентифицировать эту ситуацию. Поэтому очень нужно в индивидуальном порядке подходить к этому. Даже сегодняшнее мероприятие, которое было на Курчатова, 5. Я, например, из кабинета не смог бы узнать, что там. Хотя у меня там, на сегодняшний день, я знаю, что мой охранник сработал очень хорошо, но у него за плечами опыт работы в правоохранительных органах, он подполковник милиции. Поэтому он четко, мягко, настойчиво беседовал. Я правильно говорю?
Важник С.А.: Да, вы правильно говорите. Но, честно говоря, мы долго не знали, что делать. Потому что пикет был на территории, в самом корпусе. Студенты зашли по студенческим. Я, коллеги, тоже хотел этот вопрос поднять. Что делать нам в какой-то другой день? Если мы обнаружим пикет у себя на этаже? В этом случае, да, я хотел бы выразить благодарность сотруднику службы охраны, Бургонскому Николаю Михайловичу, за то, что он со студентами общался. У него достаточно неплохой опыт службы в правоохранительных органах, он умеет налаживать контакт со студентами. Он это и сделал. Он с ними час общался, пока главный представитель вот этого протестного движения был у меня на приеме. Но, мы в самом деле решили ситуацию. Вы даже можете судить об этом потому, что нет никаких взбросов во все эти сейчас телеграмм-каналы относительно того, о чем я с ним беседовал. Там была доверительная беседа. Мы с ним пообщались, он раскрыл душу и излил свое недовольство тем, что случилось с его семьей, и всё. На этом он сказал, что это разовая акция, мне просто хотелось… прокричать то, что со мной случилось, и с моей семьей, условно говоря. Это произошло. Вот он выговорился. Слава Богу!
Медведев Д.Г.: Но за него эту оценку дали другие люди.
Важник С.А.: Да! Вот Дмитрий Георгиевич правильно заметил. В телеграмм-каналах чему учат? Что ректорат и деканат враги. Это государевы люди. Вы к ним не ходите. Они все равно вас забанят. Они все равно вам поставят плохие оценки на экзаменах. Они все равно вас отчислят. Вот к чему все идет. А вот здесь, обратите внимание, он ко мне пришел. Он ко мне пришел и не заставил меня вести протокол. Как это рекомендуется. И так далее. Это немножко другой случай, нетипичный.
Медведев Д.Г.: Он не опроверг ту информацию, которая в общем канале поступила…
Важник С.А.: Он не опроверг, потому что мы с ним договорились, что никаких вбросов… Я его попросил, сказал, что надеюсь писать не будешь.
Медведе Д.Г.: Это частный случай.
Важник С.А.: Это был частный случай.
Медведев Д.Г.: Я думаю эти провокации будут на каждом факультете и не одна.
Важник С.А.: Будут и не одна. Вот его спросили, что сказал декан. Он ответил, он написал: “Я думаю, можно напрямую обратиться к декану с этой мыслью. Он (декан) всегда за диалог.” Вот ответ студента, который был у меня на приеме.
Голос из зала: На ступеньках ректората была примерно такая же ситуация.
Важник С.А.: Коллеги, в самом деле возникает вопрос, что делать. Мы разобрались, кстати. Мы не хотели привлекать милицию, потому что это был бы еще больший резонанс. Это была бы какая-то другая реакцию, в том числе в телеграмм-каналах. Картинки, милиция и так далее. Да, Слава Богу! Они послушали, что это разовая акция, и сразу же свернулись после того, как я пообщался с ним.
Что делать в другом случае? Когда будет пикет такой либо на ступеньках, либо в корпусе. Мы говорим, что декан, как руководитель, не должен с ними общаться, потому что будет опять же картинка. Да, пробуем вызывать тогда к себе. На своей территории. Если они не соглашаются, что мы делаем? Обращаемся в службу охраны. Что будет делать служба охраны?
Янушевич И.И.: Вызываем милицию.
Довыденок Д.О.: Служба охраны, скажем так, это первые, кто сталкивается с каким-то действием.
Голос из зала: Границы корпусов ограничены ступеньками?
Довыденок Д.О.: Докладываем руководству. А вот здесь давайте уже вместе определимся. Алгоритм действий выработаем какой-то, если это возможно на каждый случай.
Медведев Д.Г.: Конечно, все случаи тоже не предусмотришь скорее всего и каждый раз вызывать милицию, тогда с моей точки зрения мы…
Довыденок Д.О.: Зачем мы тогда?
Медведев Д.Г.: Но опять же, отдельный корпус, это отдельный корпус. Я думаю там Петр Иванович (Бригадин) или Сергей Александрович (Важник) разберутся с ними. А вот, допустим, один куст очень яркий — это журфак/ФФСН. Там хоть пост этой милиции ставь…
проректор по воспитательной работе и социальным вопросам (18.01.2018 - н.в.)
Уважаемые коллеги, первая такая большая просьба. Вы все планировали набрать достаточно большое количество совместителей. Списки готовятся. То есть двадцать восьмого или какого-то там числа планируют принять на работу, чтобы первого сентября люди уже начали работать. Есть такое видение, мнение, что на всех внешних и внутренних совместителей необходимо внимательно посмотреть.
Первый взгляд — это взгляд заведующего и декана, затем будет взгляд с центральных (неразборчиво). Потому что, ну, несколько изменились видения, положения этих людей многих, чтобы нам в количество наших стачкомов еще не пригласить, я сейчас прямо скажу, большое количество тех людей, которые от нас зависят очень мало. Извините, если у тебя трудовая книжка лежит здесь, ты как-то так себя ведешь, а если ты совместитель, внешний совместитель, крутой специалист в области не знаю в какой, то за те сто рублей, которые ему приходят, человек может сказать то, что он думает, а не то, что мы хотели бы от него слышать.
Поэтому просьба и себе и другим не сильно ухудшать… риторику вы сейчас слышали, понятно.
Перавага лаяльнасці супрацоўнікаў пры прыёме на працу ў БДУ іх прафесіяналізму з'явілася не ў 2020 годзе, а значна раней. Яшчэ да выбараў 2020 года, падчас маёй працы дырэктарам Ліцэя БДУ, прарэктар па выхаваўчай працы Янушэвіч І.І. неаднаразова прапаноўваў прымяніць дысцыплінарныя меры, аж да магчымага звальнення з Ліцэя БДУ, да вядомага настаўніка і папулярызатара астраноміі і беларускай мовы Віктара Малышчыца. Але ў той час прафесіяналізм і вынікі працы яшчэ мелі нейкую вагу, таму мне было нескладана адхіліць падобныя прапановы. Тым больш, што Ліцэй БДУ з'яўляецца юрыдычнай асобай і БДУ мае апасродкаваны ўплыў на кадравую палітыку ўстановы. Пасля выбараў сітуацыя стала больш складанай.
Напрыклад, увесну 2021 года мы не змаглі дабіцца размеркавання на кафедру грамадскіх навук выпускніка Ліцэя БДУ, бо прарэктар па бяспецы і кадрах БДУ, Чаркаскі Яраслаў Віктаравіч, не завізаваў дакументы аб размеркаванні, хаця да гэтага іх падпісалі ў дэканаце ФФСН БДУ.
Как ограничить доступ студентов первого курса в БГУ 31 августа?
Я думаў прапусціць гэты эпізод, паколькі ён не вельмі важны, але потым усё ж вырашыў апублікаваць. Звярніце ўвагу, як кіраўніцтва БДУ на поўным сур’ёзе абмяркоўвае як не пусціць першакурснікаў ва ўніверсітэт 31 жніўня, баючыся магчымых правакацый. А калі прарэктар па эканоміцы і матэрыяльна-тэхнічным развіцці БДУ Чарапеннікаў Міхаіл Барысавіч кажа, што гэта дурная задума, якая толькі пашкодзіць рэпутацыі БДУ, у яго пытаюцца, ці не створаны страйкам таксама і ў рэктараце.
Кочин В.П.: Если мы сделаем студентам карточки с фотографиями, то их можно будет легко размножить. Даже если они будут заверены. Копии единого образца. Единый образец надо будет делать. И наверное, раздавать в последний момент перед тем, когда они уходят. Потому что реально потом, как только они пойдут в массы, попадут в определенные руки и потом их можно делать очень много.
Медведев Д.Г.: Давайте так. Давайте обсуждать, потому что мы, деканат, может предложить какой-то шаблон. По этой карточке первокурсники собираются тридцать первого числа. Раньше они их не получат.
Кочин В.П.: Как вариант можно использовать справку студента и паспорт.
(Обсуждение)
Голос из зала: Паспорт и списки. Любой документ, который будет в руках у студента и не удостоверяет его личность, он (студент) может его (документ) просто передать любым удобным способом. Он его может размножить. Поэтому как вариант это иметь на всех проходных списки студентов и у студента должен быть документ, который удостоверяет его личность.
Черепенников М.Б.: Хочу сказать, очень хорошая идея. Но представляю себе охранника, который будет искать фамилию Васи Пупкина…
Голос из зала: Да, будет очередь.
(Обсуждение)
Черепенников М.Б.: Давайте будем реалистами. Вся история человечества - это история фальшивомонетничества. Что мы не сделаем, можно подделать. Первокурсники в общем и целом дисциплинированные. Ему аккуратно выдал, раздал… Все равно мы не сможем сделать так, чтобы университет был закрыт. У нас миллионы подрядчиков, миллионы коллег, миллионы здесь, кто приходят университет. Все равно всех мы, даже если только не взять и не поставить колючую проволоку вокруг университета. Все равно всех мы не остановим. Паспорт нереально. Вот Иван Иванович (Янушевич) здесь сейчас находится и Алла Владимировна (Мелех) в зале понимают, что у нас все первокурсники иногородние сейчас сдали паспорта на регистрацию. Его просто физически нет. Другого любого документа: прав или чего-то еще… Реальность проста, он идет в университет, а мы его не пустили. Информационный повод, что меня не пускают, здесь устроив непонятно что, гораздо больше, чем повод от того, что он кому-нибудь передаст карточку. Предположить, что мы закроем контур университета так, что сюда никто не проникнет вообще из желающих. И тот же первокурсник или второкурсник не принесет вот такой вот флаг шесть на восемь, на котором будет написано “БГУ97” и он сфотографирует его — нулевая вероятность.
(Обсуждение)
Я бы сделал каким образом? Поставил бы печать, это просто бы чутка стимульнуло человека быть немного аккуратней. Ну чтобы все понимали, в любом случае этот факт, что он хочет на первую лекцию “Введение в специальность”, а мы его не пускаем, то мне кажется, поправьте меня уважаемые деканы, мы наносим больше вреда университету не пустив его, чем …
Голос из зала: Можно вопросик? А ректорате вы тоже стачком создали?
Черепенников М.Б.: Конечно! Но мы создали его еще год назад под вашим руководством, он назывался комиссия по (неразборчиво) трудовых ресурсов.
Довыдёнок А. О.: Я буквально два слова. Быть может не понимают люди по поводу карточек. Это, наверное не столько карточка, сколько справка. Справка. У нас по такому принципу, то есть по справкам, проходят посторонние люди, дети проходят. Допустим школа юного математика, школа юного физика и так далее. То есть это справка с печатью. Пока. Я понимаю, что это временно, до получения… Все. Это будет самый вариант. Ну, по крайней мере, для службы безопасности так будет проще… Если с фотографией, еще лучше.
(Обсуждение)
Медведев Д.Г.: Может справки не делать. За ними пойдут в деканат… Смотрите, у нас теоретически вот эта вот неделя с 31 (августа) по 8 (сентября). Эта неделя, которая покажет, раскачают - не раскачают. Я тоже не хочу, чтобы у вас была лишняя работа. Геофак, физфак, ну тоже юрфак может не делать, у вас отдельный вход.
Королева А.А.: Им же выдают студенческие третьего-четвертого…
Медведев Д.Г.: Но не все же получат.
(Обсуждение)
Медведев Д.Г.: Еще какие-то вопросы?
Голос из зала: Все понятно.
Медведев Д.Г.: Хорошо, тогда большая просьба остаться руководителей подразделений. Пожалуйста, деканы и руководители служб. Деканы остаются.
(Расходятся)
Черепенников М.Б.: Коллеги - деканы, возник текущий вопрос. У всех студентов, живущих в общежитии есть пропуск. В принципе идентифицировать, это половина работы. Половине тогда первого курса вам не нужно делать справки, Андрей Олегович. Пропуск в общежитие такой-же.
Довыдёнок А.О.: Если мы решим, да.
Черепенников М.Б.: Это просто половина уже. Их выдали, напечатали, фотографии приклеили, он имеет какую-то минимальную степень защиты. Тогда не четырем тысячам по университету нужно будет делать, а только двум тысячам справки. Двум тысячам справки — это в два раза меньше работы. Чтобы было понятно, тридцать первого (понедельник), это нужно сделать за завтра.
Голос из зала: Нормально.
Голос из зала: Хочу уточнить по первому курсы. Там не будет фотографий.
Атмосфера стала гораздо проще. Уважаемые коллеги, наше следующее общение думаю будет состоять из двух частей. Ну, первая часть я позволю себе какое-то такое личное суждение по поводу того, что происходит. Ну, первое я бы все-таки в этой аудитории смягчил, что все-таки даже среди тех, кто нам там противостоит — это не наши враги. Мы не будем сами делить своих студентов, своих сотрудников на наших и не наших. Потому что этим как раз они занимаются. Может быть опять-таки эта позиция кота Леопольда, но тем не менее я её придерживаюсь. Второе, я уж не каждого из Вас, а уж тем более не всех вместе, поэтому у меня нет каких-то готовых рецептов как нам поступать. Но то что, конечно же, тридцать первого, ну тридцатого числа, возможно, будут городские потрясения. Тридцать первого - первого возможно будут попытки каких-то картинок, потрясений внутри университета. И вот нам бы хотелось и от вас получить, мы вот тут собирались уже с деканами, бедные деканы в этом году уже и отпуска не имеют. Потому что начиная там с девятого - не с девятого, но числа с тринадцатого мы постоянно пытаемся вас послушать с вами чем-то поделиться, а внутри ваших коллективов в разных коллективах по разному эти процессы идут. Поэтому на что я бы хотел обратить внимание. Почему здесь много представителей деканов и деканатов факультетов, которые расположены вот здесь (имеется в виду университетский городок), потому что как я понимаю, может я ошибаюсь, пусть военные люди меня поправят, здесь, наверное, будет основная точка для картинки первого и тридцать первого числа. Поэтому тут вот и химфак, и юрфак, и геофак, и мехмат, ФПМ, и физфак, и факультет международных отношений — вот это будет наш передний край обороны. Как мне пока видится. Потому что это очень близко от всего, очень красиво, очень красочно и ярко.
Поэтому у меня первое предложение, которое я хотел бы довести до вас до всех. Что поскольку у нас, вот тут Андрей Дмитриевич, не озвучил, просто потом мы может с деканами соберемся, вопрос дистанционного обучения, к сожалению, нам еще зеленый свет не дан. Конечно, мы можем пока интерпретировать наше дистанционное обучение в первые дни-недели не как дистанционное обучение, а как стационарное обучение по рабочим планам, в которых, по крайней мере у всех, 20% КСР прописано. То есть пока попробуем включать дурака. Или получим соглашение Минобра, о том, что все-таки первую неделю. По тем сведениям, которые пока есть, это, конечно, легкое недоумение у организаторов стачек вызвало. Как бастовать, если занятий нет, можно дома сидеть. То есть массовости может быть не будет.
Второй момент, который хочется вынести на ваше рассмотрение — это то, что у первого курса нет студенческих билетов, но в базу первый курс введен. Я думаю, что если я правильно рассуждаю, если нет, вы меня поправьте. Мы можем из базы распечатать из базы карточки первого курса с фотографиями. И каждый человек, проходящий 31-о, 1-о, 2-о… как там будут развиваться события, на территорию университетского двора и первокурсник тоже должен показывать документ со своей фотографией. То есть если у человека документа нету, это уже на декана ложится просьба, я не буду говорить, что это правовая обязанность, просьба, чтобы эти документы были распечатаны. Чтобы все-таки не было бесхозным. Потом, Андрей Дмитриевич, мы там отдельно может быть поговорим с деканами чуть более детально, как мы хотели бы все это сделать.
Теперь предложения. Понятно, что многие обсуждали как мы это будем делать. Получится или не получится, что все-таки первый курс учится в первую смену, второй учится во вторую смену. У нас уже этого не получается. Поэтому я бы, наверное, если вы не против, послушал какие-то предложения по своим предложениям. Извините за тавтологию. Что мы распечатываем карточки, и что мы все-таки внимательно смотрим и беседуем на тех, кто учится здесь особенно. Мне такая идея пришла в голову, может каждому из вас она пришла в голову гораздо раньше. Почему все-таки студенты рвутся проводить акции, свои забастовки, как они их называют, на территории факультетов. И наши призывы к тому, что все-таки вы проводите, выражайте политические мнения за пределами университета вынуждают их непосредственно сталкиваться с милицией, органами правопорядка. На территории университета, как им кажется, милиции пока точно не будет, и они правильно считают, что милиции на всех, наверное, не хватит. Поэтому, конечно, им пока безопасней и, возможно, изображать различные фото-коллажи, как это все происходит внутри учебных корпусов. И сегодня Сергей Александрович (Важник) первый, наверное, из деканов столкнулся с несанкционированным пикетом внутри. Ну как мы видели, ни у прокуратуры, ни у милиции никаких реальных рычагов нету. И если пикет состоит из двух человек, милиции хватит. Если пикет будет состоять из двухсот человек…
Потому что вот вчера со мной и декан говорил, виной была том мехмата не сказали. Прошу прощения Сергей Михайлович (), что я говорю так оправдывая мехмат, а сегодня многие из вас видели, что там аж 1400 выпускников и студентов мехмата обратились, слава Богу не к ректору, а к госорганам. Из этих 1400, там студентов около 300, это выпускники, но это запоздалая такая реакция к в Лицее, факультете радиофизики. Но по-крайней мере ситуация нагнетается. Тут еще раз повторю то, с чего я начал. Что мы, я по крайней мере, не буду делить на своих и чужих. Мы, в наших интересах, - это университет. Все те требования, которые выдвигают стачкомы, они гордо так себя уже называют. Это требования вне компетенции университета. Ни перед одним из наших сотрудников университет не несет никакой вины. Более того на Совете университета, многие из вас присутствовали на Совете университета, был создан план мероприятий. И вчера уже было еще раз на совете студенческих организаций договорено, что все эти мероприятия выполняются. Поэтому, наверное, уже по просьбам трудящихся, по просьбам деканов мы не будем это все пока, наверное, централизовать. Делайте только так и так. Каждый факультет делает индивидуально.
Единственная просьба, и опыт уже подсказывает, что это правильное решение, не создавать собраний трудовых коллективов, чтобы это собрание, мастерством людей, готовых это собрание превратить в картинку, не превратилось в несанкционированный митинг. То есть спустить это все до уровня кафедр. И уже потихоньку, пока не пишут как, кто-то будет действовать на кафедре. Сейчас вам на факультеты были розданы две бумаги. Первая бумага - это инструкция, которая рассылается в телеграмм-канале нашей телеграмм-революции, о том что должен и какие права с точки зрения организатора этих мероприятий иметь каждый преподаватель. Но если коротко, то это заставить декана посадить стенографиста и стенографировать беседу, записывать эту беседу, сразу выкладывать в Интернет-канал это все. И сегодня мы уже после общения ребят с Сергей Александровичем видели, что одно то, что выложил человек, который реально беседовал с деканом, и второе, то что выложил человек, который реально там вообще не был. Но то, что он выложил безусловно будоражит следующее мнение, но это чистый фейк. Понятно, что мы не правоохранительные органы и я не сильно большой специалист по компьютерной безопасности и вообще по информационным технологиям, но я просто призываю, что будьте, пожалуйста, очень аккуратны. Все это, к сожалению, и даже тогда, когда представители стачкома, одну из которых мы вот тут видели, приходили в кабинет и передавали требования 19 августа. Опять же 19 августа, тоже какая-то дата интересная. Они пытались записать разговор с проректором. Хотя было при этом джентльменское соглашение, что мы университетские люди давайте доверять друг другу, давайте говорить, но не злоупотреблять.
Поэтому, если у кого-то, Иван Семенович () выступал, как мы можем говорить со студентами. Но студенты очень разные. Вот вчера студенты мехмат говорили, позвольте нам сделать стачку, чтобы были минимальные потери для всех. (Смех в зале) И смех, и грех. Но минимальные потери для всех закончились обращением 1400 выпускников мехмата, понимаете? Если это минимальные потери с точки зрения организаторов, то…
Я еще раз говорю, что может я позволяю себе шутить в ситуации, которая не допускает шуток, но тем не менее. Я считаю, что все мы здравомыслящие люди и мы можем попытаться убедить студентов. Безусловно, мы не можем сделать того, чего мы не можем сделать. И никто, ну по крайней мере я бы не делал вывод, что кто-то справился, а кто-то не справился. Но и за нас эти выводы делают. Вы все не маленькие мальчики и девочки, все в состоянии эти выводы делать. Понятно, что нам нужно как-то студентов убедить в том, что БГУ, к сожалению, для нас, для большинства из нас БГУ — это действительно много. Потому что Николай Александрович Поклонский, кто знает, на физфаке профессор, у него недавно был День Рождения, когда он сказал, что для меня БГУ — это сокровище. Николай Александрович он эмоциональный очень человек, но я думаю, для большей половины тех, кто здесь работают, БГУ — сокровище. К сожаления, как я понимаю, для многих из тех, кто пытается сделать, БГУ — это просто бренд, который позволит что-то сделать в своей дальнейшей молодой жизни. Кто его знает, может я ошибаюсь. Нас пугают тем, что массово будут писаться увольнения преподавателей. Что массово будут писаться увольнения студентов… Хотя те студенты и преподаватели, которые идут по факультетам у них первый вопрос: “А что вы нас сделаете? А будете ли вы нас выгонять?” Тоже какая-то дерзкая позиция.
Я сказал, что до первого числа, если нас не поправят, а я надеюсь, нас не поправят. Будем надеятся, что и у наших руководителей хватит ума нас не поправлять, до первого числа (1 сентября) — это тот Рубикон. После которого, я боюсь, что нас заставят, или тех, кто придет нам на смену заставят принимать жесткие меры. По крайней мере ситуация на сейчас именно такая. Опять-таки это огорчительно или не огорчительно, пока я хочу столько, сколько могу побороться за то, чтобы БГУ продолжал существовать в том виде, в котором уважаемые люди сделали его до нас. Не хочу намекать, чтобы это были последние дни того БГУ, которые все знают и любят. Чтобы это не было анархией, чтобы это не было ничего такого плохого. Видите как, начал за здравие, кончил за упокой.
Поэтому если у кого-то есть какие-то по факультетам ощущения, предложения. Если есть какая-то ситуация, которую нужно обсудить, а потом если можно посоветуемся с руководителями подразделений и более детально какие-то документы обговорим. Потому что и у нас тоже есть какие-то рычаги воздействия, не привлекая органы правопорядка. Понятно, что это не так все просто, но тем не менее, к сожалению и даже не буду это слово употреблять, если нас бьют по левой щеке, как это банально не звучит, мы не должны подставлять правую. У нас тоже есть какое-то право, у нас тоже есть собственная гордость. И вот то, что Татьяна Николаевна говорила, что мы должны в меру своей разумности отвечать на эти провокации. Не вызывая новых провокаций. Безусловно это очень непросто, но по крайней мере пока так. Если у кого-то что-то есть, пожалуйста.
Я хотел бы в дополнение к тому, что Ольга Ивановна сказала. Действительно, на сегодняшний день поступило значительное количество этих заявлений. При этом, это процесс трудный. Одних видеозаписей сколько на самом деле. И это нужно разъяснять, что в одну минуту… данных всех настолько много, что их сутками смотреть необходимо. Соответственно следственный комитет проводит по всем этим фактам заявлениям. А их где-то около тысячи по городу, проводит проверку по статье 174 УПК. И основная ситуация, которую мы видим, нужно разъяснять студентам, что им не нужно принимать каких-то скоропалительных решений. Не нужно в этом свете даваться на улицы. В частности, тут забастовки, вот эти рассылки. Я могу сказать вам по законодательству, юристы здесь присутствуют. Ну это вообще вопросы нанимателя и работника. Студент не сторона, он не может быть стороной забастовки. Забастовка проводится, я уже формулировать не буду полностью, для того, чтобы разрешить коллективный спор путем временного или частичного прекращения трудовых обязанностей и это установленная процедура. Но студент не может быть субъектом данной забастовки. Поэтому им нужно довести вот эту информацию. Я думаю, я руководству передам более подробные, у меня есть информация, чтобы руководители уже деканатов доводили конкретно студентам, ну и в том числе по отвественности. Предусмотрена ответственность за несанкционированное… За принятие участия в несанкционированных мероприятиях. Поэтому основная цель наша не допустить раскачать университет и не допустить, чтобы студенты принимали участие в этих несанкционированных мероприятиях.
Ректор: Спасибо, еще может быть кто-то хочет?
Медведев Д.Г.: Просто ремарку небольшую, мы это уже сделали.
Ректор: Ну, мы разместили, у нас действительно. Тут только единственное, надо дальше будет думать по распространению и по самому первому факту наша юридическая клиника на своем сайте разместила свод, подборку из нормативно-правовых актов, которые разъясняют не только по порядку, что такое забастовка и собственно какая там за это, как за несанкционированное массовое мероприятие, ответственность там. Кодексы об административных правонарушениях, может быть УПК, но мы еще и… Там нарезка другая была.
Михалева Т.Н.: … и по поводу нормативных правовых актов, и по поводу наших локальных актов мы сделали обращение относительно того, что использование наименования университета в каких-то социальных сетях, в каких-то группах - есть присвоение авторитета, использование символики и т.д. Это прописано в этическом кодексе. Он в 2019 году в университете принят. Очень подробно это все написано. Мы сами когда столкнулись с этим, юридический факультет, что наше наименование используется в своих целях. Чтобы вы думали? Опять же в социальных сетях, юридический факультет туда присоединяется, студенты там идут к декану, закон и все такое… На Нашу Ніву куда-то там кинули. Наши студенты юристы увидели и сразу дали опровержение и оттуда сняли эту информацию, естественно. Это к тому, что действительно провокации идут. Два преподавателя приходят и говорят, там вывесили мою фамилию, что я подписант, а я вообще ни слухом, ни духом ни о чем таком не знал. И это действительно есть, и эти факты тоже мы не можем игнорировать. Не просто не игнорировать, мы должны реагировать и очень активно. Потому что это идет уже совершенно…
(неразборчиво).
Ректор: Спасибо, здесь действительно…
Михалева Т.Н.: Если у кого-то действительно, есть необходимость дать с юридической точки зрения, для себя открыты, и я, и мои сотрудники, и юридическая клиника, пожалуйста, обращайтесь мы более подробно объясним, все расскажем, осветим про все правовые механизмы, как это должно быть.
Ректор: Ну, да. Ведь совсем недавно же по итогам воскресной, по-моему. Вернее в воскресенье планировалась, во время призывов там на “Марш Новой Беларуси” в этом телеграмм-канале использование символики БГУ, открыто были разосланы предложения, давайте мы факультетские сделаем символы и прочее… И буквально уже к вечеру увидели просто разочарование, у них не получилась эта картинка. Мы разместили, действительно, на сайте юридического факультета. Я просто вопросом задаюсь. Нам нужно вместе подумать. Может быть сайт-сайтом. Посещаемость сайта она проигрывает по сравнению с телеграмм-каналами по объективным причинам. Но здесь мне видится вопрос глубже. Вопрос доверия студентов к нашим официальным коллективным СМИ. И, в частности, к университетским. Потому что по анализу тех реплик, общения, и более того, даже официальных заявлений. То есть студенты, например, не верят администрации университета. (Говорят:) “А вот будет так как раньше.” Точно также пошли по уровню факультетов деканатов. “Это все одна вертикаль, мы там не справимся.” В смысле, нет смысла туда идти, нас все равно обманывают, не поймут, то есть вот есть специальные обученные как бы люди, они действительно грамотно это делают, они даже сомневающихся студентов на свою сторону вербуют. А сомневающихся студентов очень много, мы это видим. Есть студенты, которые реально и говорят: “Ну, послушайте, что вы предлагаете? Забастовка, не платить деньги за обучение? То есть кому вы от этого лучше делаете, кому хуже? Ну отчислят за неоплату, стоит очередь…” Даже до таких доходит вещей. Радует, что студенты сами входят с ними в диспут. Хотя (оппоненты) грамотно, конечно, делают.
Поэтому нам нужно иметь какие-то очень короткие, четкие, несколько: план А, план В, план С.
План, например, А - это если кто-то там вышел не то, что там по наивности, но скажем так, с кем можно разговаривать.
План В - с кем нельзя разговаривать, потому что и такие вещи есть четкие, провокационные, когда надо как-то нам реагировать. Либо службу охраны приглашать, опять-таки, понимает, что им картинка нужна. Это тоже в фокусе внимания надо, увещеваниями и прочими. Либо может и вызвать милицию где-то. Если там какая-то реально уже ситуация, которая патовая и своими силами она не может быть разрешена.
Вот такие варианты нам нужно будет просто-напросто в ближайшее время взять на вооружение, потому что разные очень студенты, разные очень люди, еще раз повторю, степень накала эмоций просто рекордная. Это совершенно тоже понятные вещи, есть специалисты, которые знают как это работает. И это все в учебниках написано, и это есть в материалах лекций. Как идет индуцирование вот этих вот эмоций. То есть почему так эти сериалы-мелодрамы сегодня популярны. Есть хорошие, есть плохие. Среднего нету. Вот по принципу хороший-плохой идет разделение сейчас везде и во всем. Есть бедные-несчастные, а есть изверги. И так далее, и тому подобное. Когда сознание сужается к нулю, понятно, что ни о каком здесь здравомыслии говорить здесь не приходится. Вот мне кажется, что это такая позиция, задача, понимать, как это сознание немножко расширить. С тем, чтобы можно было достучаться до студентов. Потому что они наши дети, они поверили, они пришли сюда. Родители доверили нам своих первокурсников брать. Это основная задача сегодня, которая стоит. Спокойно, не давая ни малейшего шанса на провокационные какие-то вещи. Еще раз говорю. Пока вот ситуацию наблюдаем, нормальные у нас студенты, но есть явные раздражители тоже. Это факт, совершенно очевидный факт.
Хорошо тогда, я думаю, чтобы сейчас так оптимизировать время наше общее, я, Дмитрий Георгиевич, попрошу Вас тогда со всеми присутствующими пообщаться на предмет того, что мы вчера говорили. Плюс обсудить результаты встречи с коллективами, со студентами. Хочу еще раз поблагодарить наших гостей, которые обрисовали со своей стороны каждый свою ситуацию. Спасибо большое.
(У одного из присутствующих на заседании началось воспроизведение выступления А.Г.Лукашенко, размещенного в телеграмм-канале “Пул Первого”.)
Ректор: Хорошо, может быть тут кто-то их наших правоохранительных органов как-то подскажет, дадут здесь какую-то консультацию. Пожалуйста, будем благодарны очень.
Украинец И.В.: Московского РУВД, значит будет ко всем, конечно, просьба все-таки эмоции эти, … , все-таки та информация, которая проходит и по Ютубам и по другим социальным сетям, нужно делить её, как минимум, на десять. В десять раз все-таки. И по последним акциям, когда они проводятся. Заявляется одно количество людей, а на самом деле там другое количество людей. Картинка преподносится совершенно другая, что было на самом деле.
Касаемо во этих, принятия каких-то сотрудниками… э-э-э …силовых мер, создан межведомственный совет, который, уверен, разберется достоверно по каждому факту и даст правовую оценку каждому этому факту. Поэтому, ну, правда показывает ситуацию, что все рассказы, которые происходят на YouTube, они не соответствуют не то что наполовину, на десятую часть… Они соответствуют десяти процентам.
Что касаемо выхода, действительно два дня назад, выходили, насколько мне известно, преподаватели со студентами… (Неразборчиво) … Мы тоже ставим в известность, что данные все факты документируются. Проводится проверка. Будет даваться определенная оценка данных фактам. Поэтому тоже прошу вас настраивать студентов на учебу, а не на посещение вот этих несанкционированных мест.
Что да, действительно, сказали серьезный, ну, наезд на правоохранительную систему. Ну это… большое количество сотрудников получают, получают угрозы. Вот. Дошло до того, что выставляем посты на милицейских домах, которые построены и были выделены часть квартир для правоохранительной системы. Поэтому все это действительно, все сказанное лишь подтверждает, что (неразборчиво) … единственно, эмоции они преобладают сейчас в обществе, да. Действительно будет проведена нормальная проверка и каждому факту, если действительно он имел место будет дана соответствующая оценка.
Ректор: Спасибо.
Чуприс О.И.: Я хочу все-таки добавить еще. Вы присаживайтесь, спасибо большое. По поводу разбирательств связанных с… (пауза) потерей здоровья может быть, какого-то насилия, о котором идет речь. Надо иметь в виду, что эти разбирательства, они разбирательства не одного дня. И если мы посмотрим статистику по таким случаям, массовым случаям, которые имеют место и в других странах, и в том числе и в Республике Беларусь, то процесс затягивается на несколько лет. Например, последний случай в России, три года, с шестнадцатого года и сейчас вот двадцатый, даже три с половиной уже получается, закончился уголовный процесс по одному из таких дел, где пострадало большое количество людей. Поэтому рассчитывать на то, что сразу будет принято решение не стоит. И даже если ребята приходят и говорят об этом, объясните, что юристы разбираются, действительно разбираются и разберутся. Но сейчас, понимаете, если под горячую всех начнут привлекать к ответсвенности, то пострадают невинные. С другой стороны, найдут крайних. Понимаете? Но потом будет действительно противостояние, на это и рассчитано. Поэтому сейчас никто не дает возможности принимать скоропалительных решений. Все идет. Заявления принимаются. Они уже приняты в большинстве своем. Больше просто не поступает. Сейчас рассматриваются. Вызываются на опросы эти люди, но они (пострадавшие) хотят, чтоб вот прямо сегодня приняли решение. Ну так не может быть в уголовном процессе, особенно когда такое количество заявлений. Действительно, надо еще посмотреть, есть ли там основания по ряду из них. Понятно, будут выявлены факты нарушений. Понятно, что будут и ответственные. Но это будет не сегодня и не завтра.
декан факультета социокультурных коммуникаций БГУ (01.02.2018 - 01.04.2021)
Ректор: Что еще хотел бы обсудить сегодня. Буквально у нас была уже информация, что несколько человек, несколько человек было на одном из факультетов в Щомыслице, декан факультета в общем-то очень грамотно поступил и не стал разговаривать со всеми, потому что это принятая такая тактика, толпа и все мы понимаем законы толпы и мотив толпы. Он пригласил как бы к себе в кабинет, самого главного, вопрос был снят совершенно вот сразу. Мама была, да? Сергей Александрович, можете вы пару слов сказать.
Важник С.А.: Я прошу прощения, коллеги. Это было на факультете моем. Дело в том, что молодой человек вместе со своей семьей был задержан в городе Горки, семья была избита, мужчина в автозак. Они отбывали сутки. Мама получила 40 базовых, отец 15 суток, он до сих пор не слышит на одно ухо, большая гематома на всю голову. Был избит младший брат 17 лет, ну и молодой человек…
Я спросил: “В чем цель вот этой акции, вот этого небольшого пикета?”
Он сказал: “Я хотел донести вот эту информацию до руководства.”
Я говорю: “Цель достигнута?”
Он сказал: “Да, это акция одноразовая.”
Я говорю: “Я вас услышал, но я вас прошу в последующем поступать в правовом поле.”
Потому что я ему рассказал о том, что пикеты, тем более на территории БГУ являются несанкционированным мероприятием и так далее. Но здесь вы правильно отметили ту причинно-следственную связь, о которой видимо стоит говорить в этом случае, это один из потерпевших. И он считает, что он принимал участие не в несанкционированном мероприятии, потому что семью задержали возле магазина, и он сказал, что с семьей они направлялись как раз-таки в магазин. А он считает, что он принимал… он не принимал…
Ректор: Ну понятно.
Важник С.А.: Был мирным прохожим, которого задержали на улице. Ну вот такая ситуация. Вы правильно отметили сразу же вопрос был снят, я в качестве рекомендации, в качестве совета всем моим коллегам хотел бы сказать, что с ребятами нужно общаться. Они хотят выплеснуть все то, что накопилось у них внутри за эти дни, они хотят выговориться, и с ними просто нужно общаться. Деликатно, спокойно. Вот это в качестве совета. Это я уже прошел, и это я могу уже говорить с учетом своего опыта. Опыта общения вот с этим молодым человеком.
Ректор: Ну понятно, Сергей Александрович, так это было там, избили - не избили, вот это вот мы никогда…
Важник С.А.: Он мне показал видео, есть видео задержания…
Ректор: Ну мы тоже видим такие видео гуляют, и разные здесь есть, еще раз говорю, вещи. Может так, а может не так. Но принципиальный вопрос такой, что хорошо если вот он настроен нас слышать. Но мы должны быть готовы и к тем, кто не настроен слушать. И вот не зря же хорошая пословица: трудно разбудить того, кто притворяется, что он спит. Они не настроены на диалог, им нужна картинка. И вот это вот нам нужно выработать единый какой-то такой общий подход, когда декан факультета, заместитель декана факультета понимают как надо делать в этих вот ситуациях. Дай Бог, чтобы их не было. Я не говорю, что они обязательно будут. Но готовыми к этому надо быть просто-напросто. Потому что сегодня явно ситуация может быть заказной. Внешне управляется это все, это совершенно очевидные факты. С другой стороны, назовем это “внутренние”, когда есть обиженные, например. Выходят, потом выплескивают. Это разные я бы сказал даже технологии поведения в этой ситуации.
Важник С.А.: Андрей Дмитриевич, я прошу прощения, вы знаете, мне даже в самом начале так и показалось, что ситуация заказная, потому что откуда-то просочилась информация, что сегодня я провожу деканат. Правда в телеграмм-канале была информация, что я встречаюсь, что деканат встречается с коллективом. Нет, у нас не было встречи с коллективом, у нас было просто рабочее совещание деканата. Ну а потом, после встречи, после общения с молодым человеком, я понял, что вот это какая-то такая акция его, видимо, возмущения ситуацией, и видимо демонстрацией того, что хотел просто продемонстрировать свое отношение.
Я говорю:
- Цель достигнута?
- Да. Все, это акция одноразовая. Этого больше, - он пообещал, - не будет.
Коллеги, если нет вопросов, позвольте тоже несколько слов, собственно говоря, в развитие тех встреч, которые у нас уже происходят. Я думаю, что сегодня мы уже пообщаемся в таком плановом порядке, рабочем, что называется, с деканами факультетов, с заместителями деканов. По итогам, скажем, тем встреч со студентами. Но я бы тоже хотел проинформировать, 17 августа был создан чат в телеграмме, который называется “БГУ97%”. И мы видели, что первые несколько дней росло по экспоненте количество подписчиков этого чата, в последние несколько дней — это уже стадия насыщения и практически остановка. Там в сутки прирост 16 человек, ну при том, что отписывается по 20 человек. На сегодняшний момент, на 11 часов дня 3150 человек из них более 50% — это выпускники различных лет. Есть до 40% студентов практически всех факультетов, и порядка 5% сотрудники университета. Именно сотрудники, то есть мы видим, что там и повар писал петицию, и слесарь писал петицию, то есть я не говорю преподаватели, я говорю именно сотрудники университета.
Собственно говоря, они достаточно эти ребята в кавычках ведут себя агрессивно. Агрессивно с той точки зрения, что их целями и планами, естественно, и у Ольги Ивановны (Чуприс) прозвучало, есть необходимость раскачать преподавателей и научных сотрудников. И в частности можно так вычленить из их очень такой шифрующейся переписки они банят буквально ежедневно многие такие номера, если чувствуют где-то какую-то опасность. Явно, что они достаточно хорошо осведомлены, кто какую иерархию занимает в университете. Но организаторами там являются, как админы, несколько человек, что немаловажно на определенном этапе выступил уже и заявил о своих правах лидера самый главный, как он позиционирует себя, это старший преподаватель факультета радиофизики и компьютерных технологий. При том, что по нашей информации, это любительская информация, но понятно, что есть и студенты, которые передают информацию, что там происходит и по тем перехваченным вещам. Заводила даже не она, а её муж, который вообще не имеет отношения к БГУ, который в 2006 году был суммарно на 27 суток арестован и сидел на Окрестина. На сегодняшний момент занимается частным бизнесом, выпускник БГУИР. И в общем-то, в некоторых вещах, что самое интересное, некоторые факты таковы, те вещи определенные, которые открыты, мы видим, то названия документов, даже на польском языке.
Мы взяли попросили сейчас, буквально со вчерашнего дня, сделать совершенно такой любительский, без всякой такой претензии на какие-то изыски, но сделать такой двухминутный такой небольшой видеосюжет, чтобы может быть если кто не знает, было представление об этих как бы людях. Потому что вчера даже открыто где-то на YouTube размещено обращение вот этой вот коллеги нашей, ей 31 год. Ну тоже обсудите на работе, чтобы не быть голословным, ну и некоторые скриншоты, к чему они призывают университет и… Еще раз повторю, это данные из публичных, скажем так, источников.
(Показывают видеосюжет о Светлане Волчек)
Усім прывітанне, мяне завуць Святлана Воўчак, я працую на факультэце радыёфізікі ў лабараторыі. Увогуле мая мара была каб папулярызаваць навуку, займацца фізікай, астраноміяй. Зараз дачытваю кніжкі пра тэорыю струнаў і хацела б зрабіць лекцыю пра гэта. Але пасля падзеяў дзявятага жніўня я проста сядзела дома, не магла ні працаваць, ні адпачываць, ні сканцэнтравацца, ні чытаць навіны, настолькі была абурана той сітуацыяй, якая адбываецца. І я пачала шукаць ці ёсць хтосьці ў БДУ, хто прадстаўляе інтарэсы тых людзей, менавіта народа, таго абуранага, і нікога не знайшла. Я пачала сама ствараць такую групу. Я стварыла тэлеграм-чат, запрасіла туды сваіх знаемых выкладчыкаў, потым сваіх студэнтаў пачала запрашаць, і вось пакрыху група разраслася да ста чалавек…
(показывают изображения, скриншоты переписки)
Ректор: Ну я прошу прощения, здесь, что называется, сделано не по законам жанра, это не профессионально. Ну смотрите, к чему они призывают. Как обсуждают все очень подробно. Разработаны инструкции заведующим кафедрами, преподавателям, студентам. Понимая, что не все сидят в телеграмме из преподавателей, понимая возраст наших преподавателей, они решили по почте…
(Голос Светланы Волчек)
Мы распачынаем краўдфандынгавую кампанію на патрэбы стачкама, калі вы падтрымліваеце. Больш для выпускнікоў было гэтае паведамленне. Будзем працаваць далей.
Ректор: Ну основными планами данного движения, вот опять-таки то, что взято из их призывов:
Поддержка общего протестного движения, выход на улицы вместе с основной протестной массой, даже выступления в дни относительного беспокойства в информационном поле.
Обсуждение вариантов забастовки и срывов образовательного процесса, проведение политических акций на территории университета.
Расширение данного движения как можно большим количеством участников, в том числе из других университетов и развитие локальных стачечных комитетов по факультетам и институтам.
На сегодняшний момент отпочковались как некоторые самостоятельные, порядка семи факультетов, стачкомы. Опять-таки они в большей степени представлены выпускниками, представлен какой-то минимум студентов, как мы видим по общей численности. Вернее сотрудников, около 5% и студентов, которые прежде всего представляют не только этот факультет, но и общежития. Как они будут дальше себя позиционировать сложно сказать, но я почему про этого говорю, мы должны быть готовыми к тому, что подобного рода провокации будут иметь место и при, возможно, пусть я лучше сгущу краски, но возможно при проведении линейки первого сентября, возможно при каких-то других мероприятиях. У нас традиционный молебен запланирован, мы знаем. Это тоже достаточно знаковая для университета, для начала учебного года акция. Она массовая акция, и тут люди, которые могут помешать и втянуть университет в совершенно безобразные вещи.
Глава администрации Московского района города Минска
Ректор: У кого есть вопросы? В нашей среде, и не только в нашей среде? Есть ли у кого-либо, коллеги? Да, конечно!
Колядко Т.И.: Добрый день уважаемый ректорат, уважаемые сотрудники одно из главного учреждения образования Белорусского государственного университета. Я хочу сказать, что мы действительно находимся на территории Московского района. Я просто что временно, в унисон, по трудовым коллективам хочу сказать, что мы действительно осуществляем мониторинг, мониторинг работы всех трудовых коллективов, практически во всех складывается достаточно нормальная, стабильная обстановка. Среди работающих в городе Минске, в Московском районе расположено 15%, поэтому вы можете сами судить по количеству работающих одни из лидеров в городе и в республике. Среди наших трудовых коллективов небольшие волнения в начале были на БелМедПрепаратах, это одно из самых крупных промышленных предприятий. Оно среди двадцати трех крупных промышленных предприятий занимает около трети и численность около 3000 работающих, но могу сказать, что своевременно были проведены встречи и руководством, и депутатами, могу сказать, что и Академия управления при президенте участвовала во встрече с коллективом. Проведены беседы, и если раньше планировалось подписание петиции коллективом, то, в принципе, после встреч все урегулировалось, идет нормальный процесс, коллектив работает. Все относятся с пониманием. Поэтому я хочу сказать, что действительно некоторые… Мы видим тоже и по проспекту Дзержинского это в основном молодежь, среди трудовых коллективов это в основном некоторые волнения проходили это в первую очередь возле офисно-деловых центров, где в обеденный период выходила тоже молодежь, но это тоже было только в нерабочее время. Сейчас, ну я тоже могу отметить, что это в первые недели, сейчас это тоже все стабилизировалось и практически никаких таких шествий, волнений, вот именно по трудовым коллективам не отмечается. Ну, конечно, на территории Московского района расположена студенческая деревня, поэтому мы с большим волнением и переживанием хотим, чтобы действительно учебный процесс начался достаточно стабильно эффективно, и молодежь включилась в процесс учебы без всяких волнений. Спасибо, если есть какие-то вопросы, могу ответить.
Заместитель главы администрации президента Республики Беларусь
Спасибо, Андрей Дмитриевич.
Уважаемые коллеги, не так давно мы с вами встречались. Как раз на этой площадке в более широком составе. Вместе с тем, жизнь не стоит на месте и есть необходимость встретиться еще раз. Прежде всего потому, что президент Республики Беларусь акцентирует внимание на общественно-политической обстановке, которая складывается в стране. Придает он, безусловно, очень большое внимание. Все силы направлены на то, чтобы стабилизировать обстановку. И тем более, в таких условиях, в которых мы находимся сейчас, когда (неразборчиво). И мы с вами воочию можем увидеть как студенчество наше может реагировать на те события, которые происходят за пределами университета.
Мы не допустили массового мероприятия
Я для представителей не БГУ скажу, что университет подключился к работе по стабилизации обстановки в университете самом не сейчас, а заблаговременно. Где-то в середине августа мы начали вести работу и вести её планомерно. Были составлены целые рабочие графики, схемы по которым велась соответствующая деятельность. В частности, 18 августа был проведен Совет, где присутствовал весь состав Совета БГУ, в том числе и студенты. Сегодня студентов как раз нет, потому что нет необходимости их собирать, им все было сказано на Совете. Они отнеслись к ситуации с пониманием. И как раз восемнадцатого числа мы не допустили массового мероприятия, которое планировалось студентами. Они призывали к тому, чтобы вместе с преподавателями выйти на улицу. То есть мы этого не увидели и университет вел себя очень корректно именно благодаря коллективу университета, который сумел студентов отговорить от таких массовых акций.
Но сегодня надо опять же сверить часы, уточнить свои позиции, тем более, что сегодня состоялось совещание у главы государства, и президент обозначил озабоченность ВУЗовской средой, не только студентами, но и профессорско-преподавательским составом. Вообще складывается впечатление в обществе, что преподавателям уже хорошо без студентов. Те дистанционные формы, которые мы ввели из-за ковида по мнению опять же общественности порождают некоторую расслабленность и нежелание участвовать в работе. Я говорю о том, о чем говорят в обществе, чтобы вы понимали. Поэтому я обозначила несколько позиций, это первая была.
Никакого либерализма по отношению к студентам
Второе. Необходимо приступить во всеоружии к работе. Обеспечить полное выполнение учебных планов и учебных программ. Правила при этом применить самые серьезные, самые строгие и никакого либерализма по отношению студентам. Есть учебный план, значит его надо выполнять. Даже педагог, чтобы потом нам с вами не предъявили претензии по оплате. А вы понимаете, что претензии сейчас предъявляют всем кому угодно и раскачивают обстановку с помощью любых механизмов. Один из механизмов — дальше завалить университеты жалобами на некачественный образовательный процесс. И тем самым расшатать еще и судебную систему. Поэтому допустить этого никак нельзя. Со студентами надо работать.
Университет должен оставаться вне политики
Третье, университет должен оставаться вне политики, иначе мы разрушим опять же образовательный процесс. Конечно, есть факультеты, где обсуждение политических процессов является частью образовательной программы. Но при этом давайте разумно анализировать, давать оценки и всесторонне смотреть на складывающуюся ситуацию.
Если не хотят учиться, идут служить в армию
Четвертое, что мне бы хотелось обозначить. Важно уберечь детей от опасности. Поскольку массовые мероприятия способствуют росту угрозы жизни и здоровья и соответствующие органы внутренних дел знают об этом не понаслышке, и кто-то из представителей органов внутренних дел здесь есть.
(обращается к прокурору)
Может быть у вас будет что сказать? Скажете, да?
Хорошо, спасибо.
Что сказано президентом? Если вдруг студент пропускает занятие, то соответственно отчислять в соответствии с теми правилами, которые есть, и мы о них с вами знаем. Министру обороны дано поручение незамедлительно забирать на службу, если ребята не хотят учиться. Сейчас у них отсрочка, если они не хотят учиться, соответственно служить в армию.
Под давлением улиц никакого диалога в Беларуси не будет
Следующее о роли молодежи в политической жизни страны. Это тоже было сказано президентом. Она видится в их участии не в митингах, а работе над конституцией. Несколько цитат мне бы хотелось обозначить. Президент заявил, что готов вести диалог, в том числе по обновлению конституции. Весит этот диалог он в первую очередь намерен с трудовыми и студенческими коллективами. Это те коллективы, с которыми он говорит, я могу вести диалог. Пожалуйста, формируйте своих представителей мы будем вести его. Плясать надо от конституции. Поэтому привлечем, еще раз повторяю, студенческие коллективы. И назвал эти коллективы будущей элитой нашей страны. Соответственно на них делается главная опора. Вместе с тем могут привлечены к работе над конституцией и вменяемые люди от оппозиции, которые видят свою страну свободной и независимой. Милости просим, высказывайте свою позицию, но не на улице. Под давлением улиц никакого диалога в Беларуси не будет. Опять же цитата, президент на совещании высказался на счет политических призывов к студентам со стороны тех, кто пытается расшатать обстановку в стране. Они и в политическом отношении начинают подзуживать студентов. Первого сентября приедете на занятие, выходите на улицы и так далее. Мы сейчас до студентов доведём ту информацию, которую должны довести до руководства ВУЗов. Они, в конце концов, отвечают за ситуации в своих ВУЗах, и они ответят как руководители промышленных предприятий. Ну и об отсрочке я говорила. Представляю, что после этого разразится, имею в виду если мы студентов призовем в армию. Меня начнут упрекать, что я запугиваю студентов, хочу в армию отправить. Да нет, повторяю, кто хочет учиться, то будет учиться. Будет иметь эту отсрочку.
Их даже не успевают схватить милиционеры.
Ну и может быть еще, что касается самой ситуации. Несколько слов. Дело в том, что по всей видимости та ситуация, которая сложилась, она была бы независимо от итогов выборов. Она была бы такой все равно. Что касается сдерживания, которое есть сейчас, чтобы вы понимали. Устояли очень многие коллективы. Устояли трудовые коллективы и то, что показывают зачастую на TUT.BY, это информация не всегда достоверная. Чаще всего недостоверная. Последние сведения, которые есть у меня, после разговора с замом главы администрации Крутым. Например, была информация на TUT.BY по встрече Караника на ГродноАзот. Смотрите, якобы Караника выгнали с этого собрания, освистали там. На самом деле все было совершенно иначе. Караник общался на ГродноАзоте. Было пару представителей, которые задавали не очень удобные вопросы власти, но вместе с тем, Караник на них ответил. После того был очень хороший и конструктивный диалог со всеми представителями трудового коллектива, и когда он уходил ему аплодировали. То есть ситуация совершенно другая.
Что касается БелАЗа, например, опять же последняя информация, я сама удивилась, неужели они бастуют. Фотография была, что якобы коллектив БелАЗа, пятьсот человек, идут бастовать. На самом деле как обстоит дело. Рабочие завода выходят толпой, я это неоднократно видела сама на тракторном заводе, тогда лучше, когда идут рабочие, в метро не заходить, потому что волной накроет. Рабочие идут с завода. Подбегает 20 человек с флагами, и если раньше их просто разгоняла милиция, когда они стояли рядом с ними, то сейчас они поняли, что их берут. Поэтому они быстро подбегают, тут же фотографируются и разбегаются в разные стороны.Отрабатывают картинку. Их даже не успевают схватить милиционеры. А рабочие заводов хотели бы расправиться сами с ними, но понятное дело, их сдерживают, потому что это будет самосуд. Рабочие хотят работать, они понимают, что на сегодняшний день, любой источник существования, кроме как на территории Республики Беларусь и в тех условиях, которые были у нас до настоящего времени, они не смогут выжить.
Нам нельзя дрогнуть, нам есть что терять
Поэтому, пожалуйста, подключите альтернативные источники, есть такие. Ну, может быть, если кому-то интересно в телеграмм-канале следить, например, “Желтые сливы” есть такое название. Там вы увидите совершенно другую информацию. У лучше всего, понятное дело, и не читать эти источники, если они вас лично (неразборчиво). Наша задача вообще быть в учебном процессе. Итак я вернусь. Устояли трудовые коллективы. Устояла правоохранительная система несмотря на очень серьезное давление. Устояли вооруженные силы. Даже была попытка обвинить работу почты, чтобы вы понимали. Государственный аппарат тоже не дрогнул. Сейчас давят на депутатов, и вы это видите, и это реально. Давят на депутатов, но депутаты тоже, надеюсь, все справятся. Студенты и профессорско-преподавательский состав в соответствии с теми правилами, которые были нам навязаны, должны были бы быть участниками процессов раньше. Но из-за графика учебного процесса волна накатывает только сейчас. Поэтому нам надо тоже приходить спокойно в аудиторию и спокойно работать. Не боятся никаких провокаций. С ребятами мы с вами знаем как работать. Поэтому вот поверьте, нам нельзя дрогнуть, нам есть что терять, ну и соответственно я подумала, что вы прислушаетесь к разуму и будете работать в аудитории, работать со студентами, и мы сохраним то, что добыто за последние двадцать с лишним лет. Спасибо.
Уважаемые коллеги, сегодня в 16.00 в зале заседаний Совета состоится расширенный ректорат. Большая просьба: к этому времени иметь собственную оценку ситуации в своём коллективе. Спасибо.
Король Андрей Дмитриевич
ректор БГУ (2017 - н.в.)
Уважаемые коллеги, у нас сегодня такая, практически, наверное, плановая встреча. Отсчет мы начали фактически еще с Совета университета. Поскольку должна быть и такая, скажем, обратная связь. Решения, которые мы будем принимать коллегиально. Сегодня у нас такое, расширенное в общем заседание ректората. Присутствует всем нам хорошо известная Ольга Ивановна Чуприс, заместитель главы администрации президента Республики Беларусь. Глава администрации Московского района Татьяна Ивановна Колядко. Украинец Игорь Владимирович прокурор Московского района. То есть вот хотелось бы, чтобы мы и какие-то вещи, которые планового характера рассмотрели. Уже сегодня основная часть вышла из отпусков сотрудников. И, насколько я знаю, беседы в коллективах имели место очень так активные. Ну и есть ряд рабочих вопросов, которые я хотел бы обсудить, но я хотел бы прежде всего слово предоставить Ольге Ивановне Чуприс.