Король А.Д.: Просто, если задержание, например, где-то в местах массового скопления, протокол. Это все понятно. Правонарушение, вот оно - “иное”, и тут…

Достанко Е.А.: Нет, не иное, там про такое правонарушение напрямую написано про привлечение к административной и уголовной ответственности.

Король А.Д.: Так у нас, понимаете, проблема то в чем? Я это как проблему даже воспринимаю. Сегодня у нас там десятки студентов, которые имеют протоколы из РУВД, в суде уже протоколы.

Михалева Т.Н.: Уже есть судебные решения.

Король А.Д.: Да, а по студентам мы ничего им не объявили. Результат вполне закономерный. У нас растет количество вот этих правонарушений, а как реагирует вообще университет? Как ректор реагирует? Вот этого мне непонятно. Тем более, что все прописано. Не надо тут этический кодекс. Все четко.

Достанко Е.А.: Подождите, мы должны рассматривать эти судебные решения, если оно к нам в БГУ пришло официально.

Король А.Д.: Давайте мы его запросим. Ну хорошо, мы же знаем…

Достанко Е.А.: Хорошо, давайте запросим. У нас ничего ни на одного студента не пришло.

Черепенников М.Б.: Нет, в этой части, если есть административка, которая есть, есть конкретный пункт, не совершать действий, за которые предусмотрена административная и уголовная отвественность. Это не новость, что за такие действия привлекается, и это не один, и не два раза, это существующая практика, и она всегда была. В этой части проще. Да мы должны… обычно получаем официальное уведомление, у нас месяц идет от этого момента, когда мы узнали, когда нанимателю стало известно. У нас с этого момента пошло, а не с момента совершения. Не более полгода после совершения и в течение месяца, как это стало известно. Это более простой случай. И там есть понятие. Это была практика. Это не новость. Получил административку какую-то, что мы считаем грубым нарушением, неправильным поведением, в принципе, вообще и за это сверху дисциплинарная. Это прямо напрямую в правилах. Это вообще просто.

Кароль А.Д.: Простой, но почему этого нет? Простой путь. Раз-раз, ну простой, а что дальше? То есть надо запрашивать тогда. Но давайте мы это решим, как это делать?

Королева А.А.: Андрей Дмитриевич, люди, обычно, которые это делают на улице, и которые это делают в стенах факультета чаще всего это разные люди. И я, например, как бы изначально позиция моя была на факультете, что я придерживаюсь того, чтобы было тихо на факультете. Пожалуйста, не надо мне здесь никакой символики, никаких проявлений.

Король А.Д.: Это понятно.

Королева А.А.: А если мы сейчас начнем их как бы… Они там уже посидели пятнадцать суток на Окрестина, сейчас мы им еще тут… Нам же, получается, надо искать, за что мы можем привлечь ребят, которые тут мешают нам работать и учиться. А не которые там в воскресенье где-то походили.

Король А.Д.: Но вот смотрите, они там в воскресенье походили, они имеют послужной список и БГУ имеет в кавычках послужной список.

Королева А.А.: Это да.

Король А.Д.: А мы никак вообще не реагируем. Ну нонсенс! И более того, внешнее связано со внутренним. Если они будут понимать, что им ничего не будет, он отсидел пятнадцать нет, но пять суток отсидел, или там штраф заплатил, все равно это административное правонарушение. И мы здесь никак не реагируем, то, конечно, будут добровольцы на следующий выход. На мероприятие. Почему нет? Мне за это ничего нету. Я вот к чему. Не надо там ничего привязывать, притягивать. Ну все же на поверхности лежит. Мы получается, действительно, не управляем, не реагируем на это.

Королева А.А.: (очень тихо) Я считаю, что на это реагировать не надо.

Король А.Д.: Я считаю, что нам не нужно массово, но если, например, человек дважды где-то там привлёкся… Все! Однозначно! Или просто сказать, что всё, заканчиваем, ты один раз скажем сходил, получил там штраф, мы тебе объявили замечание, все в твоих руках: ходить тебе или не ходить. Это надо делать! То есть… Ну я еще раз повторю, я не буду призывать, мы все взрослые люди, но подобная ситуация — это нонсенс.

Гигин В.Ф.: Нет, пока не знаю, то, что работало, но если так будет не работать. Вот смотрите. Почему мы не объявляем. У нас как бы есть, даже оне не то что негласная, гласная, у нас в решении Совета косвенно это прописано, и у нас как бы консенсус какой? Они не вывешивают флаги на факультете, мы того же этого Матвея, которого задержали, мы его… Мы ведем с ним беседы, то есть мы их как бы не наказываем жестко за то, что они вне стен факультета… Да, их наказывает закон, но мы жестких мер не предпринимаем. Оно пока работает. Все зачинщики, вот я тоже принес, они когда проводят, например, они могут нанести ущерб имуществу там, разовые такие точечные, это выговоры. Если это сотрудники. Пока это у нас, не знаю, в корпусе, Ольга Михайловна (Самусевич) на факультете, работает такая договоренность. Но, конечно, если оно будет… Они же видят как в других местах. И сказать, что оно сработает и дальше, не могу. Но у нас пока работает вот так: мы их не наказываем за то, что где-то они там сутки отсиживают, они не проявляют повышенной активности на факультете. Вот такая договоренность.

Король А.Д.: Плохая договоренность.

Гигин В.Ф.: Ну, понятно. Ну а что делать? А как?

Король А.Д.: Что делать?

Гигин В.Ф.: Так а как мы? У нас какие механизмы, если юристы не могут сказать как за это можно наказать.

Король А.Д.: Ну почему? Юристы как раз таки говорят, как их можно наказать согласно определенной статье кодекса о правонарушениях. Все. Он имеет протокол. Решение суда. Мы что, не можем наказать? Я не говорю об отчислении сейчас. Я говорю о профилактике. Постановку на контроль.

Голоcа в зале: Замечание, выговор.

Король А.Д.: Объявите вы замечание. Все. Ну в чем проблема-то?

Transcript

Король А.Д.: Коллеги, время позднее, у меня вопрос все-таки. Давайте мы сконцентрируемся и попробуем выработать ответ на один из главных вопросов. Первого сентября, здесь физфак присутствует, ну и в целом люди, которые понимают риск.

Медведев Д.Г.: Примкнувший к ним, Петр Иванович (Бригадин).

Король А.Д.: Да, примкнувший к ним Петр Иванович через мост. Давайте все-таки мы какое-то выработаем, ну по-крайней мере для себе, чтобы было понимание как сделать лучше, чтобы избежать вот этих вот провокаций. Еще раз говорю, тут плюсы и там, и там есть. Понятно, что загрузить студентов по полной программе. Это тоже, чтобы пробежать четыреста метров по стадиону спустить пар как-то. С другой стороны наоборот может быть эффект индуцирования, и плюс влияние. Массовость. Чем больше массовость, тем больше провокационности вероятности. Поэтому здесь есть такие моменты.

То есть либо мы вполне нормально внятно можем объявить о том, что ну на вид там… на пару дней в конце концов. У нас есть для этого действительно основания. Очень реальные и веские. Идет полностью ремонт по одной из сторон корпуса, не говоря уже о фасаде института ядерных проблем, который тоже будет в ближайшее время ремонтироваться. Деньги выделены и всё. Вот это вот раз. Плюс эпидемическая обстановка. Есть ли смысл здесь? Кто как считает? Прошу высказаться.

Голос из зала: Андрей Дмитриевич, я считаю, что вариант закрыть. Он наиболее приемлемый. Почему? Конечно, мы выслушаем и СМИ, и какой-то инфоповод благодаря нам будет. Но тем не менее хотя бы большую проблему не создавать. Потому что если мы не закроем, а здесь что-либо произойдет, а оно может произойти. Последствия будут…

Король А.Д.: Но, я сразу встречный антивопрос привожу. Закроем, а будут стоять под калиткой, на улице. примыкающей к БГУ Ленинградской, где есть с этой стороны точка. То есть понимаете? Здесь тонкий очень момент.

Тиванов М.С.: Да, на площади соберутся, что университет закрыл двери для студентов, испугался и снимут видео. И будет еще хуже.

Голос из зала: У нас же речь идет только о дворике, а не о факультетах. Я думаю они просто не понимают.

Бригадин П.И.: Я полагаю, что если буча будет какая-то. И я её почувствую, я их переведу на ту площадку, на Шпалерную. Я скажу: “Хорошо, я готов встретится с Вами, предположим, но на площадке возле главного нашего корпуса.” То есть у меня вариант отступления определенный есть. А первый курс мы потом задействуем. Поэтому если там выпускники и там еще приедут те, кто находится условно на карантине, но не проходила такая информация, что большая…

Король А.Д.: Я тоже не рассчитываю все-таки на массовость. Ну потому что. Ну понятно, много есть в одну сторону смотрит, в другую. Но результирующего такого. Все-таки не могут договориться. Поэтому не знаю. Здесь…

Медведев Д.Г.: Я прошу прощения. Мы же занятия не прекращаем. Физфак учится. Мехмат первый курс учится. Корпуса открыты, вход с улицы.

Кароль А.Д.: Да, мы с улицы только запускаем.

Медведев Д.Г.: Одна проблема как запустить геофак. Химфак и юрфак: у них отдельные входы. ФМО - отдельный вход. Тут просто. Тут понятно, что и плюсы, и минусы.

Здрок О.Н: Ну геофак аудиторно постоит. (Неразборчиво)

Кароль А.Д.: Ну а если вход в геофак действительно управляемым сделать? В конце концов, за геофаком поставить вот эту… Ну как у нас и было кстати во время ЦТ ограничение движения по причине ремонта. Всё. Оно логично. Здесь вот два дня стояла машина. Чистят крышу. И льётся, и штукатурка на голову, и вон огорожено. Это же не просто так. Не из-за первого сентября. То есть у нас есть реальное основание взять и как бы сделать. Но геофак можно запускать, а дальше стоит вход. Физфак, вы через главный корпус идете.

Тиванов М.С.: Мы через вход в физфак.

Медведев Д.Г.: Свой вход есть.

Король А.Д.: А, ну да, свой вход. Да, кстати.

Тиванов М.С.: А вход во дворик можно будет перекрыть, потому что рядом со входом идет стройка. Забор буквально на четыре метра подвинуть и всё.

Король А.Д.: Ну может быть и так. Может быть и так. И вы поставили занятия первый и второй курс, а третий и четвертый дистантно?

Тиванов М.С.: Третий и четвертый на дистанционной форме, которые только побочные. Но у нас же есть вот какой момент. Мы же только двумя третями располагаемся здесь. Треть у нас это Старовиленская, Институт физики, Институт теплоимассообмена. Туда выехали часть кафедр, которые обеспечивают работу кафедр, начиная с третьего курса. То есть спецкурсы там, лабораторные узкой специализации в том числе. Это будет там. То есть тоже у нас будет в какой-то степени не все студенты (в одном месте) и так далее.

Король А.Д.: Ну да. Согласен. Тоже аргумент. Ну хорошо физфак понятна история. Свой вход. Мы действительно забор можем пододвинуть и во внутренний дворик по соображениям безопасности. Это надо сделать. Мусор то они скидывают. Первый курс только запускаем и геофак. Может быть и так. Некий такой вот компромиссный вариант. И тогда тем более, никто действительно, даже в СМИ, занятия то идут. И там идут, и там идут. Но частично, в связи с ремонтом ограничено. По-хорошему, это и надо было бы сделать с точки зрения техники безопасности. Не дай Бог еще что-нибудь будет. Наверное, да. Сделаем. Действительно единственно-возможный, нормальный вариант. Вадим Францевич, как по вашему?

Гигин В.Ф.: Я думаю, абсолютно правильный вариант. Я бы еще технику пригнал строительную.

Король А.Д.: Она периодически, кстати, стоит.

Гигин В.Ф.: Знаете, надо сделать контр-повод. Сейчас там идет такая тенденция в СМИ, чтобы побольше новостей давать. Почему бы к Первому сентября ректору не рассказать о реконструкции университета. Почему нет? И тогда снимется. Идет реально стройка. Параллельно идет… Не ждать пока к нам придут и спросят у вас почему…

Король А.Д.: Ну понятно.

Гигин В.Ф.: А вы покажете во дворике, вчера линейка, сегодня у нас идет ремонт, реконструкция к столетию, и при этом идут занятия. Частично мы переехали. Вот нам Академия наук помогла. То есть вы перехватываете инициативу здесь.

Король А.Д.: Очень правильно.

Гигин В.Ф.: И тогда вопрос снимается,

Король А.Д.: Спасибо, понятно. Действительно, логично.

Гигин В.Ф.: ... но взвод казаков решил бы вопрос.

Король А.Д.: Тогда так и сделаем давайте. Хорошо, коллеги. Ну у меня убедительная просьба, вот это рассматривать как некий сырой рабочий вариант. В случае, если придется, условно говоря, где-то вступать в такие… медиаторские функции выполнять. Ещё раз повторю, что ситуацию внутри, мы её щупаем и понимаем. Но вот с теми из вне, она меняется. И видно, видна, вернее, всё большая агрессивность. Все большая агрессивность в попытках где-то вовлечь. Давайте так тогда.

По хорошему, я когда иду мимо этого, стоит же человек, который говорит: “Осторожно и обходите.”

Тиванов М.С.: Туда не ходи.

Король А.Д.: Зачем нам, чтобы стоял человек, если можно реально поставить ограничение движения. Это нужно делать. Тем более, ладно лето, а начало года. Масса студентов. А они этим пескоструем. Все летит. Эта пыль вся. А потом, мы же понимаем. Сейчас все на нервах. На горячую линию родитель позвонит и скажет: “Что это? Я привела у вас учится своего сына-дочь, а тут нас встретила грязь.”

Голос из зала: Там заборчик поставить, чтобы не пройти ни направо, ни налево.

Король А.Д.: И это тоже. Видно же, что идут работы эти реально. Ну, понятно. Сделаем действительно более длительный срок и голова спокойная будет, как говорится. Хорошо. Тогда спасибо, и будем на связи.

Гигин Вадим Францевич

декан ФФСН БГУ (02.02.2016 - 04.10.2021)

Я трохі спазніўся на нараду праз падзею, пра якую будзе згадана трохі пазней.

Здрок О.Н.: На первом заседании один из деканов сказал, что настаивает на присутствии (неразборчиво), хотя мы рекомендуем дистанционное. Если вы принимаете какие-то свои решения или у вас местная, можно сказать, специфика, то, пожалуйста, вы нас информируйте. Потому что мы тут неоднократно собираемся, обсуждаем, вырабатываем.

Вот хотела бы спросить. Памятку, которую на юрфаке мы предоставили, кто-нибудь к себе разместил?

Гигин В.Ф.: Можно? Значит я могу сказать, коллеги, что я только что приехал. Было два у меня заседания. Мы организовали психологов. Точнее даже три кафедры проходило, но две вместе. Абсолютно тактика раздельных заседаний кафедр работает.

Первое, коллектив не поддерживает преподавателей. Иерархия работает четко. Вот как Шадурский (В.Г.) по Совету говорил. Собрали деканат, все заведующие (кафедрами) корпоративно поддержали решение Совета. Дальше с деканами транслируется туда. Обязательно появляется один на кафедре, кто… Вот сегодня одна из зачинщиц Анна Давидович. Неожиданно она думала, что мы будем. Мы ей первой дали слово и она петицию побоялась даже зачитывать. Я вынужден был сказать: “Прочитайте!” Там красивые слова, мы против насилия и все. Коллектив однозначно не поддержал.

Медведев Д.Г.: А кафедра какая?

Гигин В.Ф.: Это было три, общая, по-старому общей психологии и медицинской. Заведующие однозначны. Коллектив… Всегда в коллективе есть один человек, который выступает резко против.

Король А.Д.: Это всегда.

Гигин В.Ф.: Очень это работает. Никаких дополнительных требований не возникает. У нас еще осталось три кафедры: две философские и одна социологии. Уверен, что там пройдет также. Значит какую мы приняли тактику? Ну первое, звонят родители и требуют этого вот, о чем говорила Чуприс, а вот мы платим. У нас есть санстанция, мы нашли рекомендации. Мы решили так: идти по отделениям. У нас пять отделений. Там где спокойная ситуация, и группы малые, социальная работа. Абсолютно вообще все спокойно. И они сами просят. Там есть специфика, в том числе связанная с медицинскими делами. Они готовы аудиторно, в принципе, и дети сами просят. Четвертый курс обратился сам ко мне с петицией без всякой там политики. Проводить аудиторно, там пятнадцать человек.

Король А.Д.: С какого числа? С первого сентября?

Гигин В.Ф.: Мы можем и второго. Я хотел. Они готовы с первого, там никаких эксцессов не будет у них. Но можем и второго.

Король А.Д.: Ступеньки, я прошу прощения, намоленные у вас, на Кальварийской. Не вами, а вашими соседями. Поэтому…

Гигин В.Ф.: Не, ну и наши там были пару человек.

Король А.Д.: Были там. У вас больше там скрытно. Есть оголтелые старшие преподаватели на “Б”. Борщевский…

Медведев Д.Г.: Барковский.

Гигин В.Ф.: Барковский. Не, ну он доцент.

Король А.Д.: Доцент? Не знаю. Ну это отдельный разговор.

Гигин В.Ф.: Ну его тоже кафедра не поддерживает. Ну вот здесь как первого? Третий, четвертый - да. Мы первого делаем дистанционно, конечно. Это без вопросов. Остальные психологи, соцком, философы. Там есть свои формы. Я что увидел, первое у них нет, по-крайней мере у нас, никакой формы организационной работы. Они могут кому-то ткнуть, как вы говорите. Второй момент, из них никто ничего делать не хочет. То есть да, очень интересно они обсуждают, но у них главная форма работы — это чат.

Король А.Д.: Ну да.

Гигин В.Ф.: Даже вот сегодня, когда нашей инициаторше задавали вопросы. Такой очень академичный разговор. Задавали вопросы, так а что так, и никаких форм не сформулировали. Очень, кстати, народ плохо реагирует на слово “стачком”. Это сразу политизация. А что за коммунистские, большевистские слова. Что это за “стачком”? Вызывает такое удивление. Ну это из наблюдений. По-первому, мы выполним рекомендации. То есть я вижу, что одно-два отделения они готовы нормально работать. По остальным у нас, может быть, есть сомнения. Здесь уже мы прислушаемся к рекомендациям. Это то, что касается преподавателей.

Конечно, по студентам могут быть сложности определенные. Мы тоже работаем, но молодежные организации, очень хорошо сработало обращение Совета и они здесь работают. Мы с ними поддерживаем диалог. Очень классно даже, преподаватели зацепились за высказывание президента о диалоге со студенческими организациями. И тут же кафедра соцкома внесла предложение, точнее выразила.

Король А.Д.: Ректору?

Гигин В.Ф.: Не, не. Президенту.

Король А.Д.: Ректору, чтобы передать, так сказать.

Гигин В.Ф.: Не, я им пообещал, что позвонил, значит, Матусевичу (заместитель начальника главного идеологического управления Администрации Президента Республики Беларусь), что мы передадим в Администрацию президента. И уже договорился в понедельник-вторник в ПИСИ позовут по формату. Это очень импонирует. То есть какие-то формы диалога они нормально воспринимают. Со студентами надо, конечно, работать. Их пока массово еще нет. Нужно отдавать себе отчет. По преподавателям красиво написано.

Голос из зала: Мы вывесили все рекомендации.

Король А.Д.: Ну понятно. Их информировать надо.

Гигин Вадим Францевич

декан ФФСН БГУ (02.02.2016 - 04.10.2021)

Ну тут какая ситуация? Видите, она изменилась принципиально. Здесь уже говорили о риторике. Нам дали, получается, где-то порядка двух недель, где мы могли относительно самостоятельно принимать решения. И не было студентов, появлялись преподаватели, то есть первое, мы никак активно не реагировали. Мы видели, что происходит, но активно не реагировали. Проводили подготовительные меры. Работали с первым курсом. Сейчас пошли кафедры. Сейчас позиция следующая, что на любую акцию, попытку забастовки, мы это видели, должна быть жесткая реакция. Это звучало и вчера, позавчера, на совещании ректоров. Сегодня, когда был уже глава государства. То есть если мы… Моя точка зрения, как правильно по технологии, дать им выговориться.

У меня сегодня было заседание кафедры, вся кафедра социальной коммуникации спокойная, две там на эмоциях женщины высказались, одна там покричала, и всё. Мы дальше перешли, там двадцать рабочих вопросов. Кафедра стала работать. Никаких вопросов на данном этапе по забастовке не стояло, там просто спрашивали, отвечали на вопросы.

Сейчас поменялась ситуация. Мы видим, что власть от нас ждет жестких шагов. Ну понятно, что если они не ходят, мы их должны отчислять. На мой взгляд здесь у нас есть люфт какой? Я посмотрел положение. Нам чтобы отчислить студента надо набрать достаточное количество его непосещений. Протестная активность она постепенно падает. У нас и так студенты ходили на занятия. Они и так по итальянской забастовке занимались. Придешь, проверишь, половины нету условно говоря. Поэтому мне кажется здесь, ходят они, не ходят. Эта часть, мы не можем реагировать на все вызовы. Если мы начнем на все реагировать у нас не хватит времени. На это они и нацелены, чтобы нас парализовать. То есть вот студент ходит. Отмечают, не отмечают, это вопрос такой. Я думаю, что неделя-две и они сами, как у нас с ковидом было, потянутся в аудитории, мне кажется.

Нам самое главное, действительно о чем говорят, не допустить этих вот пикетов. То, что нам рекомендуют, ну какое-то там силовое, несиловое… Ну не получится. Единственный метод.

• Первое, о чем мы говорили. Не разговаривать с толпой.
• Второе, приглашать к себе в кабинет, надо там стенографировать, не надо. Вот как было здесь. Помните, когда на крыльце. Пришли, два человека к Сафонову, поговорили…

Медведев Д. Г.: Мы же тоже пытаемся заходить…

Гигин В.Ф.: А по другому не будет. И конечно смотреть…

Медведев Д.Г.: Вот они… прошу прощения, что перебиваю, не факт, что все на это пойдут. Поэтому это уже… Они поняли наши действия, нашу стратегию. Значит возможно организаторы скажут: “Ломайте стереотипы”.

Гигин В.Ф.: Но тут от нас зависит. Но я боюсь, вот я сегодня послушал и видел. Насколько мы готовы? Насколько готовы коллективы? Я боюсь, что нам придется… к октябрю месяцу, станет вопрос, кого-то увольнять, вот это еще один вызов, но никого не отчислять. У нас по отчислению, по положению к октябрю они еще столько прогулов не наберут, чтобы их отчислили. Но это вызовет тогда, новую волну, понимаете? Моя позиция, давайте обсудим. Мы не то чтобы не замечать, а вести такой… Они хотят итальянскую забастовку, а у нас будет итальянская контрзабастовка. Я готов все время беседовать, разговаривать, пить чай, приглашать к себе в кабинет. Ведь главная задача, вот Сергей Александрович (Важник) показал, сбить эту волну.

• Первое мы видим, хотят выговориться.
• Второе, большинство коллективов достаточно спокойны.

Есть крикуны. Вот завтра у нас тоже встречи какие-то пройдут. Но упаси нас Господь от этих крайних, жестких мер. Это вызовет просто новую волну, и более того, от нас эти меры ждут. Я читаю, допустим, эти чаты. Там как? Их волнует, что администрация никак не реагирует. Что они там задумали? Что они? Как они? Что там? И это вызывает у них тревожность. И это вызывает постоянно соплежуйство какое-то, извиняюсь за такой термин. Они волнуются из-за этого. Но если как только мы в ближайшие две недели пример жесткую какую-то меру произойдет взрыв. Понимаете?

Михалева Т.Н.: Стараться переключить их внимание. Найти для каждого своё. Найти что-то общее, что будет двигать те студенческие группы.

Гигин В.Ф.: Старая форма, на картошку их отправить.

Михалева Т.Н.: Ну как бы это банально не звучало, если голова будет пустая в ней будет выведено на эмоции, если голова чем-то занята, то ей просто некогда будет заниматься другими вопросами. Но тут общего (неразборчиво) же не дашь, потому что у всех на факультетах свои активности, свои (неразборчиво), с которыми сложно. Взамен, целенаправлено на…

Медведев Д.Г.: Татьяна Николаевна, извините. Я бы просто тут, что там, сам раздал и сам начинаю критиковать. Вот смотрите, пятый пункт: “факультет признает необходимость реформирования государства”. Не слишком ли мы круто завернули? Понятно, что мы это уже обсуждали, да. О том, что там уже Макей выступает, что есть утечка информации об анонсированной новой конституции среди прочего. Может тут тоже смягчить немножко.

Реплика из зала: Да мы понимаем, буквально читаем…

Шадурский В.Г.: Это же неофициальный документ.

Медведев Д.Г.: Просто чтобы тут где-то не подставились на пустом месте.

Гигин В.Ф.: Может конституционная реформа или что?

Медведев Д.Г.: Я просто аккуратней говорю.

Шадурский В.Г.: Но этот же документ мы не…

Гигин В.Ф.: Этот же документ мы не распространяем…

Реплика из зала: Уничтожьте.

Медведев Д.Г.: Этот документ я бы вообще у вас забрал.

Реплика из зала: Мы можем отдать.

Гигин В.Ф.: Мы его не рассматриваем как официальный.

Реплика из зала: И вернули, всё…

Медведев Д.Г.: Это не должно публиковаться ничего. Это просто…

Реплика из зала: Дмитрий Георгиевич, возвращаем, возвращаем.

Медведев Д.Г.: Спасибо.

Гигин В.Ф.: Мы уже сфотографировали, поэтому возвращаем.

Медведев Д.Г.: Может просто добавьте какие-то тезисы, может мы чего-то не учли. Может с вашей точки зрения есть какие-то факты, которые еще больше зацепят за живое студентов и преподавателей. В этом смысл сегодняшнего такого форс-мажорного, еще раз спасибо, что вы пришли сегодня. Мы прокукарекали, и в два вы уже тут.

Гигин В.Ф.: Ну как, вы нам дали указание, мы пришли.

Шадурский В.Г.: А куда мы денемся? А какой отпуск?

(Общее обсуждение)

Ректор: Виктор Геннадьевич, "куда мы денемся", в нынешней ситуации вопрос интересно очень звучит.

(Смех)

Гигин В.Ф.: Раз у вас такое хорошее настроение, может вернемся к мероприятию, которое восемнадцатого (августа) проводили.

(Смех)

Ректор: Тогда точно на TUT.BY мы получим…

(Смех)

Гигин В.Ф.: Ну так а что? Конец рабочего дня.

Ректор: Причем так, с размахом.

Михалева Т.Н.: Людям хочется переключиться.

Шадурский В.Г.: Просто действительно, главное, чтобы не было психологического такого стресса. Мы же живем в стрессе. Уже целый год. Пандемия, да… Поэтому и…

Гигин Вадим Францевич

декан ФФСН БГУ (02.02.2016 - 04.10.2021)

Мне кажется, неправильно здесь выбрали тактику и действия, которые мы делаем, потому что здесь есть какая особенность: первое, понятно, что этот протест-забастовка зависит от внешнего фактора. Внешний фактор сейчас какой? Так называемая первая волна забастовок она провалилась. То есть поднять массово коллективы на эту ситуацию по всем коллективам, допустим по БТ около 1000 человек, 220-270 простоев. (Неразборчиво) Но вроде как будет вторая волна. Наше поведение будет зависеть от внешней среды. Если внешняя среда останется такой как сейчас, то понятно, что люде же они психологически зависимы. Политическая технология так выглядит, что они не могут остаться в изоляции. Внешняя среда пока не способствует их активизации. Поэтому, мне кажется, абсолютно здесь правильно. Мы “Виват” отменяем. Если принимаем решение, собираем кафедры. Мы видим локализацию. Буквально там если 28 учебных групп, то это 3 учебные группы, значит по ним эта работа ведется отдельно индивидуально с использование всех авторитетных, не обязательно кураторов, которые там участвуют. Открывать новый (учебный) год мы думаем все-таки по специальности. Меньше людей. Основание здесь ковид, оно очевидное. Вопросов здесь особых нет. Допустим работа по преподавателям, тем которые подписали, ну я бы здесь спокойно подходил. В рамках индивидуальной беседы. Не то что, я не могу так, конечно, говорить: “Не хочешь, не ходи.” Но я уверяю, что человек, ну вот представьте, у нас факультет 159 человек преподавателей. Ну мы видим, ну допустим, сколько-то человек захотят это как-то… Это неофициально, они забастовку официально объявить не могут. Я изучал, как в некоторых коллективах забастовка не удалась, то есть им доводили юридические документы. Там надо тайное голосование, собрание коллектива, кворум — этого не получилось. Тайное, проголосовали против забастовки и все, забастовка не случилась. Получается человек будет в индивидуальном порядке бастовать, но это уже не забастовка, она юридически по другому классифицируется. День-два индивидуальных бесед, даже если он первый день не вышел на занятия, второй-третий нервничать будет. Потом постепенно, еще раз говорю, особенности психологические человека таковы, что он как бы оказывается в изоляции в самом трудовом коллективе. И я бы никаких жестких мер… Здесь да, я читаю, вот там забаррикадируются в аудитории. Ну я не знаю, но если есть такие данные, меня это больше всего волнует. Потому что все остальные процессы управляемые. Если они вдруг забаррикадируются в аудитории кто-то. Ну тут надо, конечно, думать ситуативно. Мы тут не будем…. Ну, естественно, что? Милицию вызывать. Посидят…

Ректор: Кстати, а если это будем мешать проведению… Единственную лекционную аудиторию захватят, почту-телефон-телеграф.

Гигин В.Ф.: Ну я бы тут маневрировал, мы просто считаем, никой милиции вызывать не надо.

Шадурский В.Г.: Картинки не надо делать.

Гигин В.Ф.: Да, не надо делать картинки. Закрылись и сидят. Ну игра такая. День посидят, два посидят, есть захотят - выйдут. Поэтому тут…

Реплика из зала: Пришла уборщица и шваброй…

Гигин В.Ф.: Почему? Потому что ни в коем случае не применять никаких там жестких мер, даже если преподаватель… Мы потом…

Мне кажется, у нас в целом правильно выбрана стратегия и тактика, и я уже вижу сейчас вот студенты приходят нам помогать в заселении, оно находит понимание. Конечно, вот тот всплеск получился. Сейчас этот всплеск, как вы правильно заметили, он будет замедляться. Ну и дальше будем смотреть. Главное локализовать этот дух. Ни в коем случае не давать возможности выносить и массой студентов и преподавателей прикрываться, что это все. Вот эта локализации тактика, мне кажется, правильная.

Ректор: Хорошо, спасибо! Еще кто?

Прения после выступления Чуприс Ольги Ивановны

Ректор: Правильно ли я понял? Вот действительно, здесь вопрос выражаясь языком техники: статика и динамика. Либо мы говорим “сложившимся” (противостоянием), либо “нарастающим” (противостоянием). Сложившимся.

Реплики из зала: Просто конфронтацией, можно снять…

Ректор: Ну хорошо. И вопрос тогда “обеими сторонами”, если юридическая оценка позволяет это делать. Как? Прошу может еще высказаться.

Михалева Татьяна Николаевна

декан юридического факультета с 21.03.2020 по 08.09.2021

Мы должны уходить от юридических оценок ситуации.

Ректор: Не, ну понятно.

Михалева Т.Н.: Потому что это не то заявление, где … Понимаете, для того, чтобы делать такие заявления юрист-профессионал никогда не будет работать без документов, без доказательной базы. Для этого есть законом предусмотренные процедуры. … И вот такая формулировка, которая нас не разъединяет, а объединяет она вполне для нас важна, и она должны быть заменена. Точно также как комиссия посвящения, которую мы… про первое сентября буду говорить, … которую мы несем — это естественно и нормально, и мы должны это делать. Мы встречаемся со студентами, и каждый раз, и каждый день мы говорим: “Всё хорошо, вы должны спокойно работать. Учиться, получать знания и становиться профессионалами.” Вот этот документ — это стратегия. Мы не можем сюда внести все. Фактически потом на факультетах — это наша задача обеспечить доверие и обеспечить диалог вместе с вами. Никуда не ходить, а говорить и решать конкретные задачи. Нужна помощь студентам? Оказывайте. … Мы семья, и никого нельзя выкидывать. Мы все наши проблемы должны решать здесь и сейчас. Вместе.

Ректор: Понятно. Еще кто хочет высказаться по существу вот этих вот предложенных Ольгой Ивановной и не только корректив? Пожалуйста.

Самусевич Ольга Михайловна

декан факультета журналистики с 13.07.2018

Я цалкам падтрымліваю Вольгу Іванаўну і сапраўды прапаную ў тым другім абзацы прыбраць і напісаць па-руску канешне. “Мы осуждаем все формы насилия и требуем беспристрастного расследования и привлечения виновных на основании закона”. І тады мы прагаворым пра ўсе бакі канфлікту, пра ўсіх людзей, якія парушаюць закон.

Гигин В.Ф.: Мы изначально это и предлагали. Так и было изначально.

Медведев Д.Г.: Коллеги, было-не было, …

Реплика из зала: Нет-нет. Что здесь нет никакого посыла к осуждению вот конкретных лиц. Не дай бог, потому что это путь вообще в никуда. Только справедливость, закон и взаимопонимание. Мы должны как-то объединить двух групп лиц, какую бы мы позицию не занимали. Это будущее.

Ректор: Ну понятно. Виктор Геннадьевич.

Шадурский Виктор Геннадьевич

декан факультета международных отношений с 2008 по 03.03.2021

Предлагаю оставить пункт в этой редакции. Здесь же нет “мы осуждаем правоохранительные органы Беларуси”. Здесь нет такого. Мы осуждаем чрезмерное применение… Мы говорим конкретно, что мы осуждаем. И требуем беспристрастного расследования. Объективно будут наказаны и участники, которые противостояли. Предлагаю оставить этот пункт в этой редакции. Здесь нет никакой правовой оценки. Господа, сегодня есть политический момент. Из правового поля, которое в Беларуси существовало вышло общество. Кто виноват? Общество только виновато? Либо государство тоже несет ответственность за то, что Беларусь вышла из правового поля.

Гигин В.Ф.: А зачем государство и общество делить, Виктор Геннадьевич? Мы тут говорим против своих и чужих, а сейчас делим.

Шадурский В.Г.: Объясняем ситуацию политическую.

Медведев Дмитрий Георгиевич

первый проректор БГУ с 13.01.2020

Виктор Геннадьевич (Шадурский), спасибо. Коллеги, посмотрите на текст. Я думаю, что про Устав свой мы говорить не будем. Хочу обратить внимание на другой момент. Я предлагаю минимально, учитывая мнение собравшихся сделать следующее.

В первой строчке убрать просто слово “нарастающее”. Оставить “озабочены конфронтацией в обществе”.

Во втором абзаце “осуждаем чрезмерное применение силы” и убираем два слова “правоохранительными органами”. Кому надо, тот поймет про какие силы и чрезмерность он говорит.

Реплика из зала: Потому что все факты насилия. Чрезмерное - не чрезмерное.

Медведев Д.Г.: Поэтому мы сохраняем канву, сохраняем посыл и просто убрали слова, которые могут быть истолкованы как неправомерная правовая оценка непрофессионалов.

Ректор: Да, пожалуйста.

Самусевич Ольга Михайловна

Перейду на русский язык. Почему бы я хотела бы все формы агрессии, потому что речь идет и о многочисленных фактах травли, травли учителей, журналистов, всех остальных. И это подпадает под формы агрессии, а не применение силы. Поэтому я думаю, что надо и об этом говорить.

Ректор: Согласен полностью, кстати, это звучало вот в выступлении по учителям, Михаил Анатольевич (Журавков) говорил, я, например, тоже двумя руками возмущ… согласен за этим термином. Я буду жить спокойно. Дальше, вот про сочувствие.

Внесение правок в текст обращения

Кохановский А.Г.: В соответствии с предложением, которое прозвучало: “выражаем наше сочувствие и поддержку пострадавшим”, ну можно обозначить “студентам и сотрудникам, членам нашего коллектива”.

Реплики из зала: А остальным?

Гигин В.Ф.: Всем, всем пострадавшим.

Шадурский В.Г.: Зачитайте ту, которую я надиктовал.

Ректор: Я не понял для чего он (лист) лежит.

Кохановский А.Г.: “Выражаем наше сочувствие и поддержку членам коллектива БГУ, несправедливо пострадавшим во время манифестаций.”

Гигин В.Ф.: Всем пострадавшим.

Шадурский В.Г.: Ну “невинно пострадавшим” давайте оставим.

Реплики из зала: “Невинно” не надо.

Гигин В.Ф.: Как мы можем быть виновно пострадавшим?

Ректор: Нет, ну да, “невинный” — это оценка.

Кохановский А.Г.: Тогда всем пострадавшим?

Гигин В.Ф.: Задаем на БГУ из общества вырывать? Сочувствие всем пострадавшим надо выражать.

Реплика из зала: Может давайте без использования “всех”, просто “пострадавших”.

Медведев Д.Г.: Александр Геннадьевич (Кохановский), поскольку мы фиксируем предложения, по какому абзацу предложение, хотелось бы услышать присутствующим.

Кохановский А.Г.: После “на основании закона” точка и далее “выражаем…”.

Медведев Д.Г.: Сейчас мы просто все предложения выведем на экран.

Гигин В.Ф.: Надо зачитать полностью.

Гайсенок В.А.: Зачитайте полностью.

Ректор: Да, надо полностью. Давайте так, зачитаем, безусловно, мы же должны его принимать. И я все-таки еще вношу какое предложение, вот те вещи, которые звучали и из уст студентов, и из уст наших коллег, преподавателей оформить структурно, потому что там здравые очень вещи. Но, не вносить это в формат обращения, то что он, ну определились, что он такой оптимальный, да? А внести как решение Совета университета. Потому что и про встречу на местах, можно не на местах, неважно. Главное чтобы это была нормальная дискуссия деканов и представителей студенческих организаций по… Ну я сейчас на вскидку уже не помню, зафиксировал Александр Геннадьевич. То есть те вещи, которые мы слышали, они логичные, нормальные, но они уже немножко другого поля, чем обращение. Но они важны, я соглашусь, потому что мы что? Зря собрались и обсуждали? Нет, не зря. Поэтому это должно быть как руководство к действию. К действию, о котором мы говорим. Есть такое понимание? Согласны? Как проект решения оформить, не нарушая, ну скажем, законов жанра. Хорошо. Да, пожалуйста.

Шебалин Матвей

председатель Студенческого Союза БГУ

Я немножко обеспокоен не тему “чрезмерного применении силы”. Я согласен, что да, действительно, две стороны, но сейчас вот в чем проблема? Что конфронтацию в обществе вызывают факты именно, к сожалению, которые там были - не были, будут разбираться еще, силовиков. А министр внутренних дел, на сколько я знаю, официально приносил извинения… Я прав - не прав? Вот, тем самым как бы косвенно эти факты подтвердил. Сейчас, я лично, почему я очень бы хотел это заявление видеть в работе со студентами лично моя цель сейчас немножко всех успокоить. И я вот знаю, что сейчас нужно вот это вот “правоохранительные органы”, но я соглашусь, что надо две стороны. Но может нам тогда указать просто, конкретизировать, что и с этой, и с этой стороны. А не называть их в общем всех. Со стороны правоохранительных органов и со стороны…

Шум в зале, не дали завершить выступление.

Журавков Михаил Анатольевич

Можно я один вопрос (задам), чтобы мы вернулись.

У нас политическое заявление?

Шадурский В.Г.: Конечно.

Журавков М.А.: Или у нас заявление от университета? Это две разные вещи. Вы знаете, мы все больше и больше скатываемся в политическое заявление для поддержки стороны, которая стоит на позициях, ну не оппозиционных, но на позициях, вот я вижу у девушки… (белый браслет?) я ничего не осуждаю, я нормально, я тоже голосовал и свою позицию высказывал с белым этим (браслетом?).

Мы, еще раз я хотел бы сказать. Если мы официально заявляем политическое заявление университета в поддержку тех, кто находится справа, это одно.

Второе, если мы просто высказываем свою позицию о ситуации, как вначале было, о ситуации в стране, и что?

Вот вы поймите, мы все больше говорим, надо это, надо поддержать, надо поставить какие-то эти, надо оказывать поддержку и так далее надо. Зачем про это говорить вслух? Зачем? Что мы добиваемся? Чтоб наш университет признали оппозиционным.

Ректор: Нет, конечно.

Журавков М.А.: Так к этому все и идет. Вы одумайтесь коллеги. Вы одумайтесь. Если мы сегодня говорим, что мы оппозиционеры, мы против той власти, которая есть, то это одна позиция. Она может быть такая. Если мы говорим, что все наши студенты, которые вышли на площадь, все пострадали, все это… …это респект. Все остальные, кто дома остался…

Я сколько студентов уговаривал не идти!

Я говорил: “Зачем? Можете пойти, это ваша позиция.”
Заявление одного студента: “Я пойду туда”.
Я говорю: “Зачем ты пойдешь?”
- Я пойду. У меня такая гражданская позиция.
- Ты имеешь полное право. Ты завтра придешь?
- Я, наверно, не приду, потому что я сяду.

Он намеренно пошел, и он был уже готов, я его не осуждаю ни в коем случае. Замечательный великолепный наш студент. У него такая гражданская позиция. Он имеет на это право.

Но мы все взрослые люди. Давайте мы немножко вернемся на землю и посмотрим о чем мы здесь сегодня говорим. И вообще зачем мы это говорим. Вот самый первый вопрос — Зачем? Что мы хотим? Я своей мыслью хотел сказать, что мы главный классический университет страны. Мы, конечно, ненавидим, осуждаем вот то безобразие, которое было. Нельзя бить человека! Нельзя унижать его! Сколько психологически больных сейчас молодых людей? Но мы же нормальные цивилизованные люди. Давайте думать. Первое сентября мы все придем в аудиторию. И как мы будем? Вот о чем главное. Подумайте, что мы будем…

Шадурский В.Г.: Михаил Анатольевич, конкретно что вы хотите? Сформулируйте.

Журавков М.А.: Зачем вообще это заявление тогда? Мы сейчас… Останется оно такое, что… Или мы говорим, или мы не говорим ничего. А мы сейчас все больше, я еще раз хочу подчеркнуть, скатываемся на позицию оппозиционную, это раз. Второе, вообще какую-то, ну вот что? Вот это заявление, заявление должно нести какой-то посыл. Мы осуждаем, да мы осуждаем. Дальше что? Что дальше?

Ректор: Михаил Анатольевич, можно?

Журавков М.А.: Извините, я может быть это эмоционально, но я немножко хочу нас вернуть на землю грешную.

Реплика из зала: Надо оставить как оно есть.

Король А.Д.

Я отвечу. Конечно, мы делаем заявление, которое от Совета для наших, я же сразу сказал целевое назначение, для наших сотрудников, для наших студентов с разъяснением позиции, которая…

Журавков М.А.: Непонятно, что это за заявление. Они (студенты) четко сказали. Они не понимают, что это заявление, что оно принесет.

Ректор: Я чуть-чуть продолжу. Но те вещи, которые вот прозвучали, это вещи здравые. Единственное, нам нужно действительно посмотреть на формат. Либо мы оставляем формат короткого такого вот заявления, либо мы делаем формат развернутым. Но это другой совершенно целевой посыл и другой жанр, стиль и все что угодно. Мы говорим об одном и том же. Но что здесь?… Конечно нельзя до бесконечности детализировать. Я согласен полностью. Мы заболтаем содержание. Оно должно быть очень понятным и коротким. Если оно непонятно, давайте посмотрим как донести более доходчиво, но это не должно быть сочинение на тему, как я провел лето.

Гигин В.Ф.: Здесь просто надо сказать, что мы за доверие прежде всего у наших молодых коллег. Чтобы нам, не прятались от нас, а доверяли исходя из этого документа.

Ректор: Ну да, согласен.

Гигин В.Ф.: Я тут вот не слышал пока ничего такого.

Ректор: Да, Виктор Францевич.

Шадурский Виктор Геннадьевич

Дело в том, что мы говорим, да действительно это политический момент. Мне кажется, в этом заявлении нет никакой такой жесткой политики. Правда? Мы старались, чтобы оно было такое, устроило всех. И если мы не будем разговаривать со студентами здесь, с представителями студентов, то они будут отдельно разговаривать, мы будем отдельно где-то сидеть. Правильно? И сегодня на кону единство университета. И университеты рождались прежде всего, когда студенты приглашали преподавателей. Мы должны вернуться к этому. Поэтому ничего там политического нету. Там есть гуманистические традиции БГУ. И они там декларируются. Какая там политика? Покажите, где политика?

Журавков М.А.: Я сказал о том, что мы скатываемся.

Шадурский В.Г.: Куда мы скатываемся? Девушка попросила конкретизировать.

Журавков М.А.: Да я не о девушке.

Шадурский В.Г.: А о ком еще? Возможно, ну я не знаю, это уже другой профсоюзный фонд уже призывали создать коллеги. Может создать фонд там действительно какой-то профсоюзной организацией или организовать там сбор средств. Не надо много. Студенты хотя одну фразу буквально. Ну нет, значит на суд… можем и не писать, а ограничиться общей. Но понимаете, пока дискуссия идет здесь, правильно? А не на улице.

Ректор: Правильно. Мы сейчас говорим, и вы говорите, и Михаил Анатольевич правильно говорит о том, какую, насколько я понимаю, выбрать концепцию. Концепция определяется целью. Вот цель, еще раз повторю, это действительно донести этот месседж до студентов, до преподавателей. Позиция как университета о том, что есть многообразие мнений. Это самое сложная вообще задача. Донести. Потому что те радикальные вещи, которые звучат, они ну, мягко говоря… Поэтому мы однозначно здесь никакой не занимаемся… Это не наша компетенция.