← Home Archive Photos Пра праект Уводзіны Дзеючыя асобы Храналогія Also on Micro.blog
  • БГУ - имитация классического университета

    В данном сообщении я попробую обобщить итоги Совета БГУ от 18 августа 2020 года. Здесь не будет аудио-материалов, и все высказанное ниже - это сугубо мое мнение, про которое меня никто не спрашивал, но я все-таки поделюсь.

    Академические свободы - фикция

    Академических свобод в Беларуси не существуют, поэтому глупо ожидать их наличия в отдельно взятом университете. Ректора назначает президент, а Совет университета, сонм общественных и студенческих организаций нужны в БГУ только для создания нужных декораций при проведении репрессивной политики.

    Ректор - человек президента

    Козулин Александр Владиславович (1996-2003)

    Все началось еще в 90-е годы. Я помню, как Александр Владиславович говорил на Совете БГУ, что он — человек президента. Но тогда это воспринималось как позитивный момент. БГУ был как целое министерство, а ректор имел статус министра.

    Стражев Василий Иванович (2003-2008)

    Василий Иванович, в отличие от ректора Козулина, не говорил с высокой трибуны, что он человек президента, но я, например, помню как в БГУ начиналась деятельность такой общественной организации, как Белая Русь. Первичные организации создавались не так быстро как хотелось, поэтому ректор приглашал руководителей подразделений в ректорат и предлагал им либо написать заявление на вступление в ряды общественного объединения, либо уволиться. После внедрения такой инновационной методики принуждения первички стали появляться как грибы после дождя.

    Абламейко Сергей Владимирович (2008-2017)

    Сергей Владимирович вообще был включен в санкционный список ЕС поскольку нес ответственность за исключение студентов из университета за то, что они участвовали в демонстрациях 19 декабря 2010 года и в других мирных демонстрациях в 2011 году. Хотя по моему личному мнению этот период был не самым плохим в истории университета. Многими плодами этого периода воспользовался Андрей Дмитриевич Король после своего назначения.

    Король Андрей Дмитриевич (2017-н.в.)

    Первый из назначенных ректоров, который не учился и не работал в БГУ до своего назначения.

    В данном проекте я буду разбирать события 2020 года в БГУ и то, какие роли в них играли ректор, проректоры и деканы. Но уже по итогам заседания Совета БГУ видно, что ректор хоть и соглашается со всеми предложения выступающих, но поддерживает только те, которые превращают заявление Совета БГУ в очень общий документ, из которого исключаются все упоминания о чрезмерном применении силы правоохранительными органами, а также убираются фразы о сочувствии невинно пострадавшим сотрудникам и студентам университета.

    Реальное положение на факультетах в августе 2020

    В тоже время о настроениях на факультетах Белорусского государственного университета в 2020 году мы можем узнать со слов лидеров студенческих организаций БГУ. Если обобщить, то это страх и недоверие к администрации со стороны студентов. Про положение в коллективах мы узнаем мало, так как все выступления членов Совета связаны с обсуждением проекта обращения Совета БГУ, но косвенно можем судить по словам ректора и проректора по воспитательной работе и социальным вопросам.

    Реплики ректора на Совете

    Очень интересно проанализировать, как представляет аргументирует свою позицию ректор. В частности, он несколько раз взывает к диалогу и говорит, что даже если на факультете есть один, два, три сотрудника, которые не поддерживают перемены, то это не повод сбрасывать их позицию со счетов. Идет противопоставление единиц, поддерживающих Лукашенко, большинству, требующему перемен. При этом указывается на гуманистические ценности и идеалы, которые затем само же руководство БГУ и растопчет, исключая студентов и увольняя преподавателей, которые позволили себе иметь собственное мнение.

    Просьбы проректора по воспитательной работе

    Иван Иванович Янушевич, также противопоставляет себя большинству. Он говорит, что не был на Стелле со всеми, и просит прислушиваться и к его позиции. Обиженно спрашивает: “Если я не пошел на Стеллу, я чужой что ли?”

    Но особенно ярко картина на факультетах становится видна, когда Иван Иванович, после того как студенты уходят, просит предоставить на провластный митинг по одному сотруднику от подразделения. Это при том, что на каждом из факультетов работает более сотни сотрудников.

    Шадурский Виктор Геннадьевич

    Я лично не знаю Виктора Геннадьевича, но это тот человек, который спас репутацию университета в целом и Совета БГУ в частности. Он до конца заседания предпринимал попытки не допустить выхолащивания обращения. Предлагал не исключать знаковые фразы о чрезмерном насилии со стороны правоохранительных органов. В конце концов это закончилось тем, что Гигин Вадим Францевич (декан ФФСН БГУ) потребовал от Виктора Геннадьевича прекратить давление на Совет, а также обронил следующую фразу: “Вы на нас надавили уже, когда мы это писали.” Из чего можно сделать вывод, что первичной формой документа, вынесенного на обсуждение в Совет, мы обязаны именно Шадурскому Виктору Геннадьевичу. Спасибо!

    К сожалению, после речи Ольги Ивановны Чуприс Совет БГУ поддался и утвердил более общий и неконкретный вариант обращения. Более того, первый проректор Дмитрий Георгиевич Медведев предложил искать скрытый смысл обращения между строк, и каждому из сотрудников трактовать получившийся документ в меру собственного понимания сложившейся ситуации.

    Из-за чрезмерной обобщенности созданного документа, теперь его можно даже трактовать в пользу правоохранительных органов, а в чрезмерном насилии обвинять протестующих. Так что хороший документ получился у Совета БГУ, на все времена.

    Как избежать подобных Советов в будущем?

    Ключевой момент — это выборность не только ректора, но и деканов на Советах факультетов и университета. Ректор должен представлять интересы всего коллектива, а не заниматься репрессиями, выполняя запрос того, кто его назначил.

    В будущем, прежде чем принимать какие-либо решения, необходимо провести новые выборы, а также лишить действующего ректора или любого, кто будет назначен на этот пост, права голоса. Мера хоть и жесткая, но, как мне кажется, оправданная с учетом тех несчастий, который Андрей Дмитриевич уже принес университету за последние полтора года.

    На этом я завершаю обзор Совета БГУ от 18 августа 2020. Следующий раз встретимся на заседании расширенного ректората, которое состоялось в пятницу 21 августа и было посвящено предотвращению забастовки в БГУ.

    → 11:11 AM, Dec 31
  • Один человек от факультета

    Янушевич Иван Иванович

    проректор по воспитательной работе и социальным вопросам (18.01.2018 - н.в.)

    Я понимаю, обед. Но пока мы тут совещались поступило еще одно предложение.

    Реплика из зала: Выпить?

    Янушевич И.И.: Нет, не выезд сегодня. Выезд переносится на чуть-чуть более поздний. То есть у нас есть университет, мы видели только что. Мы не делим на своих и чужих. У нас есть позиции, которые высказываются в одну сторону и высказываются в другую сторону. То есть одна сторона, вы видели, была обозначена вот как бы студентом, мы за солидарность, помощь. Вот. Ну есть и другая сторона. И наши органы государственного управления, и министерство образования просят в том числе проявить нашу позицию в виде поддержки тех или иных мероприятий.

    То есть я уверен, что в нашем коллективе есть по одному сотруднику (в подразделении или на факультете), которые готовы принять участие в мероприятиях, которые поддерживают мир, спокойствие и благоденствие нашего общества.

    (пауза)

    Без вашей поддержки ни управление воспитательного блока, ни управление культуры, которое находится теперь в отпуске, они не смогут это сделать. Тем более эти люди активно были заняты уже в предыдущей электоральной кампании.

    (длинная пауза)

    Реплика из зала: На п’янцы.

    Янушевич И.И.: Вот Анна Анатольевна, молодец. Она была… Эта среда. Когда у нас среда?

    Реплика из зала: Завтра.

    Янушевич И.И.: Завтра среда. Вот… В рамках делегации от одной из трех групп города Минска, и в иной день это встретить министра образования Республики Беларусь, исполняющего обязанности.

    (длинная пауза)

    Ну и какой механизм? Ну давайте ваши заместители как-нибудь свяжутся со мной и мы решим этот вопрос.

    Самусевич О.М.: А ў сераду чалавек колькі трэба?

    Янушевич И.И.: Один!

    Самусевич О.М.: Адзін чалавек ад факультэта?

    Янушевич И.И.: Но это не Анна Викторовна.

    (смех в зале)

    Не могу не рассказать, про кого шутил Иван Иванович.

    14 августа 2020 года Анна Викторовна Курейчик, тогда ещё заместитель декана факультета журналистики БГУ стояла в цепи солидарности со студентами на ступеньках журфака БГУ и вдоль Кальварийской улицы.

    2 сентября Анна Викторовна высказалась о ситуации в белорусской журналистике на страницах “Наша Ніва”.

    Самусевич О.М.: Я разумею.

    Реплика из зала: Сразу под дых будет.

    Янушевич И.И.: Спасибо коллеги. Давайте заместители свяжутся по… Другого варианта пока у нас нет.

    → 10:28 AM, Dec 31
  • Какое-то абстрактное совершенно заявление

    Внесение окончательных правок

    Ректор: Давайте посмотрим на… и… Это начало, да?

    Кохановский А.Г.: Вот на основании того, что прозвучало внесены такие (изменения). Ну первая ссылочка только изменено конфронтация в обществе, без нарастающей.

    Реплики из зала: Читай. Читай. Зачитайте пожалуйста.

    Текст обращения с учетом правок

    Совет Белорусского государственного университета выражает серьезную озабоченность нарастающей конфронтацией общества.
    События последних дней потрясли всю Беларусь. Мы осуждаем чрезмерное применение силы правоохранительными органами все формы агрессии и насилия, требуем беспристрастного расследования и привлечения виновных на основании Закона. Выражаем наше сочувствие и поддержку всем пострадавшим.
    Призываем всех участников конфликта вернуться в правовое поле, искать решения в переговорах прежде всего о политическом будущем государства.
    БГУ готов предоставить свой научный, интеллектуальный потенциал для разрешения, возникшего кризиса конфликта.
    В этот драматический для Беларуси момент считаем необходимым уберечь нашу Alma Mater от деления на своих и чужих, от вражды и ненависти в коллективе. Выступаем за сохранение вековых устоев академической толерантности и свободы мнений.
    Призываем всех членов университетского сообщества обсуждать любой вопрос, выражать мнение соблюдая гуманистические традиции БГУ взаимоуважения и солидарности.
    Единство БГУ в его многообразии.

    Обсуждение текста

    Гигин В.Ф.: Вот только грамматически. Там “всех” один раз повторяется, а тут запятую поставить.

    Кохановский А.Г.: Где, где, где?

    Гигин В.Ф.: А не, тут не надо.

    Самусевич О.М.: “Призываем всех участников”, “всех” убрать.

    Кохановский А.Г.: Хорошо, вот убираем тогда слово всех.

    Реплика из зала: Драматический, все-таки оставляем? Или нет? Я бы убрала драматический.

    Ректор: Я бы оставил Ольга Ивановна. Почему…

    Реплика из зала: Получается как будто университет вообще стоит в стороне. Как будто он не общество, а над обществом какая-то структура. Ну как Папа Римский. Он тоже посочувствовал. А это мимо нас идет, а мы только сочувствуем, а сами никакого участия в этой жизни не принимаем. Какое-то абстрактное совершенно заявление.

    Ректор: Ну а предложения ваши?

    Реплика из зала: Я не готов здесь…

    Ректор: В том-то и дело. Я отвечу на вопрос, вот Ольга Ивановна спросила. В принципе, закономерный очень вопрос. Оставлять или нет последнее предложение. Я отвечу, почему оно на мой взгляд, члена Совета университета, председателя, оно должно быть. Потому что это и есть определенная квинтэссенция. Почему? Потому что невозможно сегодня взять и сформулировать в одном посыле, а посыл должен быть. Невозможно сформулировать все оттенки радуги. Просто невозможно. Поэтому это должно быть как-то усилено, как расшифровка некая всего предыдущего контента. То есть это не совсем лаконичный текст, какие мы привыкли издавать и потом выполнять. Это все-таки здесь есть элемент обращения. С моей точки зрения.

    Суворов В.В.: Может, призываем всех членов университетского сообщества, обсуждая любой вопрос, выражать мнение соблюдая гуманистические традиции БГУ, взаимоуважение и солидарность.

    Ректор: Мне кажется, Владимир Васильевич, оно понятно по тексту.

    Малый С.В.: Во втором абзаце “ненависти” убрать и поставить “нетерпимости”. Потому что ненависть в одном коллективе, ну, наверное, у нас такого нет. Нетерпимость может быть это не восприятие широкого мнения. А ненависть и БГУ — это как-то…

    Ректор: Нетерпимости и вражды тогда. Более…

    Малый С.В.: Вражды и нетерпимости.

    Ректор: Тогда еще, Александр Геннадьевич, я тогда попрошу еще, а то мы будем сейчас голосовать. Я предлагаю еще озвучить те предложения, которые звучали… Вы зафиксировали, так? Уже за пределами обращения.

    Кохановский А.Г.: Тогда еще раз, уже с учетом предложений, которые прозвучали. Озвучиваю еще раз.

    Почти окончательный вариант обращения

    Совет Белорусского государственного университета выражает серьезную озабоченность нарастающей конфронтацией в обществе.
    События последних дней потрясли всю Беларусь. Мы осуждаем чрезмерное применение силы правоохранительными органами все формы агрессии и насилия, требуем беспристрастного расследования и привлечения виновных к отвественности на основании Закона. Выражаем наше сочувствие и поддержку всем пострадавшим.
    Призываем всех участников конфликта вернуться в правовое поле, искать решение в переговорах, прежде всего о политическом будущем государства.
    БГУ готов предоставить свой научный, интеллектуальный потенциал для разрешения, возникшего кризиса конфликта.
    В этот драматический для Беларуси момент считаем необходимым уберечь нашу Alma Mater от деления на своих и чужих, от нетерпимости и вражды и ненависти в коллективе.
    Выступаем за сохранение вековых устоев академической толерантности и свободы мнений.
    Призываем всех членов университетского сообщества обсуждать любой вопрос, выражать мнение, соблюдая гуманистические традиции БГУ взаимоуважения и солидарности.
    Единство БГУ в его многообразии.

    Обсуждение текста

    Журавков М.А.: Буквально предложение в проявлении нетерпимости и вражды, а то как-то…

    Кохановский А.Г.: Проявление нетерпимости…

    Ректор: Ну, логично может быть. Коллеги, еще один вопрос. Про Миссию вот звучало предложение.

    (Обсуждение необходимости упоминания Миссии университета)

    Ректор: Так послушайте, а если изначально. Миссия университета в сохранении или в том числе в сохранении вековых устоев академической толерантности и свободы. Давайте так.

    (Голоса одобрения)

    Оно будет ложиться и это одна из граней Миссии.

    Кохановский А.Г.: И что еще?

    Реплика из зала: Может быть тут тогда и добавить, если можно, как-то “являясь частью общества университет видит свою Миссию в сохрании…” Потому что очень все абстрактно.

    Ректор: Может быть есть здравый смысл.

    Реплика из зала: Потому что, как будто мы тут сели, а там что-то идет себе, а мы тут сейчас будем это осуждать. Мы являемся этой частью и видим свою Миссию.

    Шадурский В.Г.: Миссия университета, как составной части общества.

    Кохановский А.Г.: Через запятую?

    Шадурский В.Г.: …как неотъемлемая часть общества, видит свою миссию…”

    Реплика из зала: …неотъемлемая часть общества, видит свою миссию в сохранении…

    Гигин В.Ф.: Там стилистически не очень…, там запятая не нужна, во вторых мы усложняем предложение, два родительных падежа…

    Самусевич О.М.: Не трэба, грамадства не там дзе Місія універсітэта. І універсітэт сам па сабе вось гэтую Місію здзяйсняе.

    Ректор: Евгений Анатольевич, может помогите, а то что-то тут…

    Гигин В.Ф.: Мы выражаем солидарность, мы уже показываем, что мы часть общества. Миссия университета в сохранении вековых устоев…

    Шадурский В.Г.: …мы уважаемое общество, возможно, это лишняя фраза утяжеляет, но член Совета предложил и в этом предложении есть коллективное мнение, правильно?

    Гигин В.Ф.: Виктор Геннадьевич, не давите вы на нас. Что вы давите? Вы на нас надавили уже, когда мы это писали.

    Самусевич О.М.: Проста не ў адным сказе гэта трэба зрабіць.

    Шадурский В.Г.: Ни ка кого не давлю, высказываюсь…

    Гигин В.Ф.: Давите, давите.

    (Смех в зале)

    Реплика из зала: За зарубежные деньги.

    (Обсуждение правки)

    Ректор: Так какое мнение?

    Реплики из зала: Вернуть обратно.

    Ректор: А есть в посыле представление, что все-таки от общества?

    Кочин В.П.: А мы же никогда себя не отделяли от общества, в принципе. Зачем еще…

    Гигин В.Ф.: Абсолютно!

    Ректор: Я предлагаю: Миссия университета не только в образовании… Нет?

    Реплика из зала: Да как есть, нормально.

    (Обсуждение)

    Гайсенок В.А.: Давайте сделаем небольшую группу и пусть они доработают.

    (Обсуждение)

    Суворов В.В.: Два призыва, Андрей Дмитриевич. Мы призываем от имени университетского сообщества, а вверху есть еще один призыв. “Призываем участников конфликта вернуться в правовое поле”. Это обращение к членам нашего коллектива?

    Ректор: Да.

    Суворов В.В.: А вверху написано, участники конфликта. Кто имеется в виду?

    Ректор: Всё? Готовы? Значит Александр Геннадьевич, сейчас примем по этому обращению. По тем предложениям, которые прозвучали. Мы их фиксировали все. Давайте так, чтобы сейчас нам не на ходу формулировки выстраивать, потому что это всегда будет контрпродуктивно. Есть стенограмма Совета, есть фиксированные вещи, от руки по крайней мере. Вот несколько предложений, которые по взаимопомощи, по возможности встречи декана и представителей студенческих организаций, еще которые звучали. Пропишем по пунктам: один, два, три, - как проект решения Совета. И первым пунктом — это принять обращение, второе и дальше уже те предложения, которые были мы в рабочем порядке подкорректируем, я думаю, что все слышали.

    Журавков М.А.: Там надо обязательно, что студенты предлагали написать.

    Ректор: Совершенно верно. И я про что говорю! Обязательно. И составить вот этот план, было хорошее предложение, кто-то озвучил, план мероприятий совместных.

    Кохановский А.Г.: Может быть в такой редакции? Поручить студенческим организациям БГУ предложить и выполнить.

    Голосование

    Ректор: Тогда кто за то, чтобы принять данное решение уже Совета университета? Прошу голосовать. Кто против? Воздержался? Я хочу не для проформы, а по существу поблагодарить всех присутствующих, которые участвовали в обсуждении, потому что оно очень важное. Важное не потому, что издаем сейчас какое-то обращение, а дальше будет пустота и трава не растет. Нет! Важность той позиции, я считаю, что мы цивилизованно, спокойно услышали разные предложения, разные точки зрения. Мы их оформили, что не всегда удается в какой-то итоговый вариант. И самое главное, что на мой взгляд прозвучало и в предложениях от деканов факультетов наладить нормальные формы общения, взаимодействия, выработки каких-то вещей. Это единственный путь, который сегодня возможен. Все остальные, они просто не работают. Мы это проходили… Не мы, а вся история человечества это проходила. Я благодарю всех, кто нашел время придти на заседание Совета университета.

    После двухчасового обсуждения Совет БГУ проголосовал за окончательный вариант обращения.

    Янушевич И.И.: Деканов прошу остаться.

    → 2:28 AM, Dec 31
  • Неправомерная правовая оценка непрофессионалов

    Прения после выступления Чуприс Ольги Ивановны

    Ректор: Правильно ли я понял? Вот действительно, здесь вопрос выражаясь языком техники: статика и динамика. Либо мы говорим “сложившимся” (противостоянием), либо “нарастающим” (противостоянием). Сложившимся.

    Реплики из зала: Просто конфронтацией, можно снять…

    Ректор: Ну хорошо. И вопрос тогда “обеими сторонами”, если юридическая оценка позволяет это делать. Как? Прошу может еще высказаться.

    Михалева Татьяна Николаевна

    декан юридического факультета с 21.03.2020 по 08.09.2021

    Мы должны уходить от юридических оценок ситуации.

    Ректор: Не, ну понятно.

    Михалева Т.Н.: Потому что это не то заявление, где … Понимаете, для того, чтобы делать такие заявления юрист-профессионал никогда не будет работать без документов, без доказательной базы. Для этого есть законом предусмотренные процедуры. … И вот такая формулировка, которая нас не разъединяет, а объединяет она вполне для нас важна, и она должны быть заменена. Точно также как комиссия посвящения, которую мы… про первое сентября буду говорить, … которую мы несем — это естественно и нормально, и мы должны это делать. Мы встречаемся со студентами, и каждый раз, и каждый день мы говорим: “Всё хорошо, вы должны спокойно работать. Учиться, получать знания и становиться профессионалами.” Вот этот документ — это стратегия. Мы не можем сюда внести все. Фактически потом на факультетах — это наша задача обеспечить доверие и обеспечить диалог вместе с вами. Никуда не ходить, а говорить и решать конкретные задачи. Нужна помощь студентам? Оказывайте. … Мы семья, и никого нельзя выкидывать. Мы все наши проблемы должны решать здесь и сейчас. Вместе.

    Ректор: Понятно. Еще кто хочет высказаться по существу вот этих вот предложенных Ольгой Ивановной и не только корректив? Пожалуйста.

    Самусевич Ольга Михайловна

    декан факультета журналистики с 13.07.2018

    Я цалкам падтрымліваю Вольгу Іванаўну і сапраўды прапаную ў тым другім абзацы прыбраць і напісаць па-руску канешне. “Мы осуждаем все формы насилия и требуем беспристрастного расследования и привлечения виновных на основании закона”. І тады мы прагаворым пра ўсе бакі канфлікту, пра ўсіх людзей, якія парушаюць закон.

    Гигин В.Ф.: Мы изначально это и предлагали. Так и было изначально.

    Медведев Д.Г.: Коллеги, было-не было, …

    Реплика из зала: Нет-нет. Что здесь нет никакого посыла к осуждению вот конкретных лиц. Не дай бог, потому что это путь вообще в никуда. Только справедливость, закон и взаимопонимание. Мы должны как-то объединить двух групп лиц, какую бы мы позицию не занимали. Это будущее.

    Ректор: Ну понятно. Виктор Геннадьевич.

    Шадурский Виктор Геннадьевич

    декан факультета международных отношений с 2008 по 03.03.2021

    Предлагаю оставить пункт в этой редакции. Здесь же нет “мы осуждаем правоохранительные органы Беларуси”. Здесь нет такого. Мы осуждаем чрезмерное применение… Мы говорим конкретно, что мы осуждаем. И требуем беспристрастного расследования. Объективно будут наказаны и участники, которые противостояли. Предлагаю оставить этот пункт в этой редакции. Здесь нет никакой правовой оценки. Господа, сегодня есть политический момент. Из правового поля, которое в Беларуси существовало вышло общество. Кто виноват? Общество только виновато? Либо государство тоже несет ответственность за то, что Беларусь вышла из правового поля.

    Гигин В.Ф.: А зачем государство и общество делить, Виктор Геннадьевич? Мы тут говорим против своих и чужих, а сейчас делим.

    Шадурский В.Г.: Объясняем ситуацию политическую.

    Медведев Дмитрий Георгиевич

    первый проректор БГУ с 13.01.2020

    Виктор Геннадьевич (Шадурский), спасибо. Коллеги, посмотрите на текст. Я думаю, что про Устав свой мы говорить не будем. Хочу обратить внимание на другой момент. Я предлагаю минимально, учитывая мнение собравшихся сделать следующее.

    В первой строчке убрать просто слово “нарастающее”. Оставить “озабочены конфронтацией в обществе”.

    Во втором абзаце “осуждаем чрезмерное применение силы” и убираем два слова “правоохранительными органами”. Кому надо, тот поймет про какие силы и чрезмерность он говорит.

    Реплика из зала: Потому что все факты насилия. Чрезмерное - не чрезмерное.

    Медведев Д.Г.: Поэтому мы сохраняем канву, сохраняем посыл и просто убрали слова, которые могут быть истолкованы как неправомерная правовая оценка непрофессионалов.

    Ректор: Да, пожалуйста.

    Самусевич Ольга Михайловна

    Перейду на русский язык. Почему бы я хотела бы все формы агрессии, потому что речь идет и о многочисленных фактах травли, травли учителей, журналистов, всех остальных. И это подпадает под формы агрессии, а не применение силы. Поэтому я думаю, что надо и об этом говорить.

    Ректор: Согласен полностью, кстати, это звучало вот в выступлении по учителям, Михаил Анатольевич (Журавков) говорил, я, например, тоже двумя руками возмущ… согласен за этим термином. Я буду жить спокойно. Дальше, вот про сочувствие.

    Внесение правок в текст обращения

    Кохановский А.Г.: В соответствии с предложением, которое прозвучало: “выражаем наше сочувствие и поддержку пострадавшим”, ну можно обозначить “студентам и сотрудникам, членам нашего коллектива”.

    Реплики из зала: А остальным?

    Гигин В.Ф.: Всем, всем пострадавшим.

    Шадурский В.Г.: Зачитайте ту, которую я надиктовал.

    Ректор: Я не понял для чего он (лист) лежит.

    Кохановский А.Г.: “Выражаем наше сочувствие и поддержку членам коллектива БГУ, несправедливо пострадавшим во время манифестаций.”

    Гигин В.Ф.: Всем пострадавшим.

    Шадурский В.Г.: Ну “невинно пострадавшим” давайте оставим.

    Реплики из зала: “Невинно” не надо.

    Гигин В.Ф.: Как мы можем быть виновно пострадавшим?

    Ректор: Нет, ну да, “невинный” — это оценка.

    Кохановский А.Г.: Тогда всем пострадавшим?

    Гигин В.Ф.: Задаем на БГУ из общества вырывать? Сочувствие всем пострадавшим надо выражать.

    Реплика из зала: Может давайте без использования “всех”, просто “пострадавших”.

    Медведев Д.Г.: Александр Геннадьевич (Кохановский), поскольку мы фиксируем предложения, по какому абзацу предложение, хотелось бы услышать присутствующим.

    Кохановский А.Г.: После “на основании закона” точка и далее “выражаем…”.

    Медведев Д.Г.: Сейчас мы просто все предложения выведем на экран.

    Гигин В.Ф.: Надо зачитать полностью.

    Гайсенок В.А.: Зачитайте полностью.

    Ректор: Да, надо полностью. Давайте так, зачитаем, безусловно, мы же должны его принимать. И я все-таки еще вношу какое предложение, вот те вещи, которые звучали и из уст студентов, и из уст наших коллег, преподавателей оформить структурно, потому что там здравые очень вещи. Но, не вносить это в формат обращения, то что он, ну определились, что он такой оптимальный, да? А внести как решение Совета университета. Потому что и про встречу на местах, можно не на местах, неважно. Главное чтобы это была нормальная дискуссия деканов и представителей студенческих организаций по… Ну я сейчас на вскидку уже не помню, зафиксировал Александр Геннадьевич. То есть те вещи, которые мы слышали, они логичные, нормальные, но они уже немножко другого поля, чем обращение. Но они важны, я соглашусь, потому что мы что? Зря собрались и обсуждали? Нет, не зря. Поэтому это должно быть как руководство к действию. К действию, о котором мы говорим. Есть такое понимание? Согласны? Как проект решения оформить, не нарушая, ну скажем, законов жанра. Хорошо. Да, пожалуйста.

    Шебалин Матвей

    председатель Студенческого Союза БГУ

    Я немножко обеспокоен не тему “чрезмерного применении силы”. Я согласен, что да, действительно, две стороны, но сейчас вот в чем проблема? Что конфронтацию в обществе вызывают факты именно, к сожалению, которые там были - не были, будут разбираться еще, силовиков. А министр внутренних дел, на сколько я знаю, официально приносил извинения… Я прав - не прав? Вот, тем самым как бы косвенно эти факты подтвердил. Сейчас, я лично, почему я очень бы хотел это заявление видеть в работе со студентами лично моя цель сейчас немножко всех успокоить. И я вот знаю, что сейчас нужно вот это вот “правоохранительные органы”, но я соглашусь, что надо две стороны. Но может нам тогда указать просто, конкретизировать, что и с этой, и с этой стороны. А не называть их в общем всех. Со стороны правоохранительных органов и со стороны…

    Шум в зале, не дали завершить выступление.

    → 10:20 AM, Dec 29
  • Физик, занимайся физикой!

    Чуприс Ольга Ивановна

    заместитель главы администрации президента

    Можно я начну с действия? Можно я попрошу студентов придти и сесть на первые ряды и никогда не прятаться за спины своих старших коллег.

    Студент: Тут скорее позиция, наверное, смотреть все.

    Чуприс О.И.: Я так не думаю. Я думаю что вы там прячетесь.

    Модно быть простой женщиной

    Я прошу, чтобы вы были здесь рядом. В этом есть что-то плохое? Я по-моему говорю вежливо. Я более того сейчас скажу так, сейчас вообще модно быть простой женщиной. И я скажу, что я не простая женщина, хотя ничто простое мне не чуждо. Я люблю жарить котлеты. Я люблю варить борщ. Более того я могу носить тапочки. У меня двое детей. Это мальчики. Также как и вы я обеспокоена ситуацией. (Неразборчиво) Так же как и многие родители я обеспокоена и забочусь о будущем своих детей. Своих мальчиков. Младший, которому четырнадцать лет сейчас не живет в Минске, он живет на даче, хотя очень хочет быть здесь и заниматься физикой и математикой. Если кто-то кого-то хочет упрекать, пожалуйста, оставьте это при себе.

    Почему я не простая женщина? Потому что я профессор Белорусского государственного университета. Потому что меня учили в этом университете лучшие профессора. Я могу их перечислить: покойный профессор Головко, профессор Крамник, уважаемый профессор Балашенко, я очень сожалею, что Сергея Александровича нет здесь, потому что он как юрист сумел бы сказать очень важные вещи, но я тоже их сейчас скажу. Меня учил профессор Василевич, который сумел в свое время будучи генеральным прокурором высказать свою позицию о тех акциях, которые проводили таксисты и их не привлекли к ответственности благодаря позиции профессора Василевича. Меня учили ряд других профессоров, ряд из которых уже сейчас в Великобритании и США. И я горжусь тем, что я работаю в Белорусском государственном университете. Ко мне всегда приходили студенты, и если вы посмотрите их отношение ко мне, они говорили, что это тот профессор, с которым можно попить чаю. Я не стеснялась с ними потанцевать, я не стеснялась с ними поговорить, например, за жизнь.

    И вот то, что происходит сейчас, и чему меня они научили, что очень важно. Они меня научили не идти в толпе. Они меня научили иметь свое мнение, формулировать его, анализировать … будущее. То, что происходит сейчас, действительно катастрофично, действительно оно является проблемой, которую надо разрешить, даже для того, чтобы в будущем подобного не было. То заявление, которое делает сегодня университет, наверное оно нужно, его обсуждают… Вопрос политическое оно или еще какое? Хотелось чтобы оно не было политическим, потому что университет призван учить студентов думать, мыслить, а не участвовать в политике. Но раз уж так сложилось, что мы должны в этом не участвовать, то давайте подумаем о том, какое оно должно быть.

    Давайте остановимся в правовых оценках

    Меня печалит одно обстоятельство, как юриста. В этом обращении очень много правовых оценок. А скажите, кто дал право вам - не юристу, вам, я просто обращаюсь, биологу и так далее давать правовые оценки? Мне довелось пару месяцев назад… Я займу больше трех минут, можно?

    Ректор: Да, конечно, Ольга Ивановна.

    Чуприс О.И.: …быть в одном из университетов Республики Беларусь. Была коллективная жалоба и я как юрист поехала туда разбираться. Коллективная жалоба от преподавателей одного из университетов. В виду того, что они посчитали, что в отношении них необоснованно возбудили уголовное дело по факту взятки. Вы знаете, ситуация была интересна тем, что выступали две стороны конфликта, а в стороне, когда привлекают к отвественности уголовной, на одной стороне стоит лицо привлекаемое, на другой стороне привлекающее. То есть гражданин, а там ряд граждан, преподавателей, и представитель государства, прокуратуры и следственных органов. Хотя проблема вся была в милиции, я вам скажу. Но прокуратура должна надзирать за состоянием законности. Так вот, когда преподаватели… В чем обвиняют? Один пример приведу. Доцент стал говорить о том, что он взял сувенир, но вместе с тем считает, что этот сувенир не был связан с выставлением зачета. На другой стороне представитель власти обозначал позицию так: “Я считаю, что вы неправильно поставили оценку по истории, потому что нарушили какие-то понимания этого сотрудника, понятия этого сотрудника органа внутренних дел, то есть неправильно оценили с точки зрения сотрудников органов внутренних дел ряд студентов по предмету история. Понимаете? Установили такую связь. Есть вроде программа, есть какие-то критерии в университете. Сотрудник органов внутренних дел оценил оценку преподавателя.

    Преподаватель встал и говорит: “Я веду такой предмет. Там был вопрос про государственные символы.”

    Девочка отвечает, отвечает замечательно, а потом говорит: “Что я буду говорить о гимне, можно я спою?”

    Он ей говорит: “Пой.”

    Девчонка встает и поет гимн Республики Беларусь. Какую оценку в этом случае надо поставить?

    Преподаватель говорит: “Умничка”, - это (гимн) подхватывают все пять человек, которые сидели. “Умничка, я тебе ставлю девять.” С точки зрения сотрудника внутренних дел в этом есть нарушение. С точки зрения преподавателей, и это все знают, это не то что не нарушение, это великая похвала преподавателю, когда студент так отвечает.

    Конечно, я сказала свое мнение, сказала: “Вы не имеете права”, - сотрудникам органов внутренних дел, следствию и прокуратуре, - “не имеете права оценивать правильность выставленной оценки доцентом. Вы кто такой, чтобы оценивать доцента и его отметку.”

    После, все, конечно, преподаватели были очень довольны, потому что я стала на их сторону, буквально через какое-то время общаемся с ними дальше встает …(неразборчиво)… последний из присутствующих доцентов и начинает оценивать деятельность органов внутренних дел со своей позиции. И говорит: “Я, прочитав комментарий к Уголовному кодексу или к чему-то, что вот те-то действия, которые совершили органы внутренних дел, они были неправомерны.

    В свою очередь в этом случае я сказала: “Простите, вы кто? Вы юрист? Вы - физик, занимаетесь физикой, но есть Право!”

    Вот, к сожалению, у нас очень много юристов, у нас очень много дипломов выписано. Понимаете, мы все стали оценивать право. У нас много педагогов, у нас много юристов, у нас много медиков в стране. Позвольте, так давайте скажем математикам, физикам, биологам будем давать консультации. Будем их учить жизни. Может быть давайте остановимся в наших правовых оценках. Так будет лучше.

    Теперь по курсу о том документе, который сейчас. Исходя из наших…, моего представления в том конфликте, который есть, и я думаю все сейчас согласятся, виноваты обе стороны конфликта. И осуждать только одну сторону будет неправильно. Мы пишем, что мы осуждаем чрезмерное применение силы правоохранительными органами. Кто же против? Вообще кто же против применения силы? Кто против светлых идеалов? И понятно, что когда начинают подписываться. И вот эти вот лозунги о том что: “Мы, именем конституции, мы за соблюдение прав и свобод человека!”, - так а кто против? Зачем про это подписывать петиции, когда есть определенные вещи, которые необходимо вообще-то соблюдать.

    Поэтому, я думаю, что мы осуждаем, надо осуждать, не только нарушения со стороны правоохранительных органов, а нарушения со стороны всех сторон конфликта. И дело в том, что изначально были очень серьезные нарушения со стороны участников массовых мероприятий.

    На сегодняшний день принято решение, насколько мне известно, обсуждали судьи между собой, принято мудрое решение, что поскольку закон о массовых мероприятиях не может в этом виде применяться, как он применялся всегда в Республике Беларусь, в этом случае, соответсвенно, на основании его мы не можем осуждать участников конфликта. Поэтому все вот эти домыслы относительно того, что кого-то еще привлекут к ответственности думаю уже неактуальны. Поэтому я предлагаю как раз и написать такое осуждение. Осудить всех участников конфликта, а не только правоохранительные органы. Они тоже, наверное, стали заложниками ситуации. Правда в том, что их дети тоже боятся выходить на улицу. И у многих из них тоже дети пострадали. У многих пострадали жены, матери и так далее. Если бы вы знали, что происходит сейчас в деревнях, когда конфликт дом на дом выходят и чуть ли не дерутся, то, наверно, вы бы поняли, что все гораздо более катастрофично, чем ваше желание пойти во дворик и просто выступить с акцией солидарности на стороне одной из сторон участников конфликта.

    Понимаете, есть еще и другая сторона, и Андрей Дмитриевич тоже об этом говорил. Я думаю, что профессоров молодым людям тоже надо слушать. Поэтому предлагаю написать это.

    Выборы приходят и уходят, а нам жить дальше.

    Кроме того, что касается “нарастающей” конфронтации. Знаете, ну сегодня конфронтация может быть и не так нарастает. И для этого надо знать немножечко ситуацию, и то как она будет разворачиваться. Но чтобы не получилось так, что мы как-то заранее…

    Ректор: Провоцируем?

    Чуприс О.И.: Говорим о том, что конфронтация нарастающая. Это будет, наверно, неправильно. Если, например, на вчерашний день еще говорили о забастовках рабочие, то сегодня утром как будто бы рабочие поняли, что бастовать экономически невыгодно всей стране. Более того, я скажу, что университет подпитывается из бюджета. А теперь если мы подумаем о внебюджетных источниках финансирования университета, то тоже зададимся вопросом, а как мы будем жить, потому что у нас в стране такая ситуация. К нам не приедут китайцы, к нам не приедут даже украинцы. Понимаете, какая у нас обстановка? А вы говорите выходить на площадь, кого-то призывать. Да побойтесь Бога. Сидите дома. Выборы приходят и уходят, а нам жить дальше. Какого бы президента мы не выбрали. Понимаете? Давайте будем менять, вот я прошу вас, вот вы сейчас молодые люди здесь выступали и говорите о том, что вас не устраивает прежде всего политика администрации университета. Так давайте меняться в университете. Не устраивает? Конечно! Приходите, говорите, обсуждайте. Вас услышат. Но не на митинг же на Стеллу. Там не услышит ректор вас никак. Он не знает, что вам нужно. Приходите сюда. Начинайте обсуждать, выступайте на заседании, и вас услышат. То есть вы конкретизируйте свои запросы. Если кого-то может быть не устраивает позиция своих, в местах своей работы, то тоже надо говорить. Мы говорим, мы боимся, видите ли мы не боимся идти и разрушить всю страну, а боимся высказать в собственном университете. Не кажется ли Вам, что ситуация совершенно абсурдно выглядит. Поэтому я не случайно попросила Вас пересесть сюда. Вы восприняли это как какое-то противостояние, на самом деле я прошу вас меняться самим, меняться вместе с университетом.

    Коллеги постарше говорили о том, что студенты всегда участвовали в жизни университета. Раньше студенты были, может быть, старше по возрасту, поэтому их участие было более прогнозируемым. Более взвешенное. Сейчас у нас молодые люди и нам тоже надо жить вашими запросами и вашими требованиями. Кстати, об этом говорит весь мир. Вы похоже только не совсем слышите своих деканов. Пока вы на эмоциях, но я думаю, это все изменится в ближайшем будущем. Поэтому, Андрей Дмитриевич, если можно вот фразу “нарастающей конфронтацией”, может быть как-то на “озабоченность противостоянием” заменить.

    Ректор: Сложившейся.

    Чуприс О.И.: Вот что-то требуется, противостояние, потому что действительно противостояние нужно менять. Нужно убрать вот эту вот конфронтацию, заменить на противостояние. Все надо снимать в общем. Понимаете, мы люди, а люди должны жить в мире, любви и в счастье, как здесь говорилось, а не в том, чтобы кому-то что-то заявлять.

    И, наверное, закончу я еще один пункт. Сложные времена были в нашей стране. Была в том числе и Великая Отечественная война. Так вот во времена Великой Отечественной войны… Сергей Николаевич, поможете мне? Наверное только один университет оставался работать и это был Белорусский государственный. Надо напомнить студентам о том, что мы работали даже в такое время в нашей истории. Понимаете? Поэтому надо спокойно подходить к этой истории. Работать здесь, учиться, и поверьте, преподаватели обижать не будут.

    Ректор: Спасибо, Ольга Ивановна.

    → 1:14 PM, Dec 28
  • Студенты не доверяют администрации

    Высоцкая Виктория

    председатель совета старост факультета социокультурный коммуникаций

    Ректор: Спасибо. Там вот выступить еще, там коллега молодая хочет.

    Высоцкая Виктория: Здравствуйте. Ни для кого не секрет, что студенты у нас очень хорошо общаются между факультетами, это огромный плюс в нашем университете. И когда мы своих студентов спрашиваем, у старост, есть ли среди наших ребят пострадавшие? Мне говорят: “Да, и им надо как-то помочь, но все боятся.”

    Почему боятся?

    Потому что прошел такой поток сообщений, что конкретно конечно может не этично, но химфаке, ребятам, их вызвали и сказали, примерно, что думайте куда идете, нам с вами еще работать. То есть пока поступают такие заявления, студенты боятся. Если это будет хоть на одном факультете, это уже будут знать во всем университете все студенты.

    Ректор: То есть можно уточнить? Я чего-то плохо может быть соображаю, но боязнь из-за чего?

    Высоцкая Виктория: Из-за того, что им сказали: “Думайте, куда идёте. Нам с вами еще работать.”

    Ректор: В чем смысл?

    Высоцкая Виктория: Это они воспринимают как намек на то, что если они будут ходить на какие-то митинги или демонстрации, то их отчислят.

    Ректор: А, всё, понял. Ну не знаю. Декан факультета есть. Дмитрий Вадимович, я…

    Свиридов Д.В.: Я не очень понимаю о чем идет речь. Я знаю, что три студента химического факультета были задержаны, все трое были освобождены. Разговаривали с родителями. Один из них находится в плохом психологическом состоянии, насколько я знаю, на сегодняшний момент. Двое из них… они до выборов… отнеслись к этому как мужественные люди…

    Ректор: Понятно.

    Свиридов Д.В.: Вот три человека. Лично я с ними не разговаривал, с ними разговаривали мои заместители, которые лучше их знают. Они разговаривали, но в данном случае каждому из них мы передавали, что вне зависимости, еще до того как было обращение факультета, вне зависимости от того, какие будут… Чтобы они не считали, что это в какой-то мере повлияет на их дальнейшее функционирование в качестве студентов. Вот это был один-единственный посыл. Поэтому та информация, которую вы в данном случае излагаете у меня вызывает очень большое удивление, и я считаю, что в конечном счете знаете, наверное, так нельзя. Это очень серьезные обвинения и абсолютно неуместные с моей точки зрения. Потому что мы все… Есть единственное, до сих пор мы на факультете техника безопасности не позволят привлекать студентов в такое время для проведения экспериментов там и так далее. Единственные с кем мы встречались — это были абитуриенты. С остальными всеми мы общались с использованием средств связи там и так далее. Лично никто ни с кем никогда практически сейчас не разговаривает.

    Высоцкая Виктория: Я нисколько не обвиняю вас в этом случае, пока идет такая волна среди студентов, они не доверяют администрации. Нет диалога и происходит…

    Ректор: Так вот понимаете как, идет волна, здесь позволю себе, что сказать, волны всегда кто-то организует. Что в законах природы, что в законах социума источником волны является какое-либо возмущение. Дальше уже идет реакция от точки к точке и пошло дальше распространение. Иногда волны усиливают друг друга, если так называемые когерентные источники, иногда ослабляют друг друга… Не буду развивать тему. Я просто к тому, что может быть и обсудите со студентами и подумайте, что…

    Высоцкая Виктория: Как доказать студентам, что их не отчислят?

    Ректор: Предлагайте. Вот я вижу из всего сегодняшнего обсуждения хороший вопрос-тезис, может быть я и предложу. Да, мы в заявлении это не будем отражать, как в заявлении, но в решении Совета мы вполне можем это отразить. Почему? Прозвучало очень много хороших здравых идей. Я считаю, что мы их можем суммировать. Я попросил Александра Геннадьевича отмечать, плюс есть у нас и стенограмма ведется заседаний Совета. Мы это можем принять решением Совета университет. Вообще решение Совета университета, это обязательное для университета действие. И по большому счету вот там и отразить, пожалуйста и возможность встречи, что Анна Анатольевна озвучила, вот в нормальном таком режиме общения, диалога студенты — деканы, преподаватели, администрация университета. Нет проблем. Важно чтобы это диалог был. И чтобы это не было распространение вот этой вот волны. Студенты не доверяют администрации. Вы же можете здраво взять и посмотреть на эту точку зрения. Для этого есть сегодня какие-то основания? Вот было хоть одно отчисление? Или еще как-то? Не доверяют. Может быть это опять-таки стереотипная точка зрения. Администрация всегда там плохая какая-то, она не поддерживает студентов.

    Высоцкая Виктория: Да, конечно, это тоже присутствует.

    Ректор: Тоже присутствует, так вот давайте и посмотрим, а как можно эти стереотипы разбить, в хорошем смысле слова. То есть всегда есть понятная эмоциональная составляющая. Эта эмоциональная составляющая она подкрепляется определенными вещами. Иногда правильными, а иногда запретными. И мы имеем то что имеем. И тут как это развести? Я предлагаю давайте действительно где-то можно встретиться, но опять-таки если источник возмущения будет считать, что этого недостаточно и встреча студентов с деканом тоже может ни к чему не привести.

    Реплика из зала: К скандалам может привести.

    Ректор: Вот и все, скажут, а декан нам тоже там соврал. Согласитесь, может быть такая история? Может. Так что тогда вы предлагаете? Хорошо, спасибо. Мы обязательно это вот учтем.

    Реплика из зала: Я просто дополню. Мне кажется мы действительно начинаем мешать заявление и меры действия, которые нам все равно нужны. То есть у нас да есть глобальный институциональные проблемы связанные с рядом событий из прошлого, что есть действительно недоверие. Но это на самом деле, я вот даже к коллегам своим хочу обратиться, данный вопрос это вопрос больше к нам и тем мероприятиям, которые мы можем провести с активом. И тут скорее действительно надо принять заявление и потом следующим шагом прикинуть, потому что ситуация пока еще не стабилизировалась. И непонятно когда стабилизируется. И мы действительно должны продумать цикл мероприятий, как и что мы сможем сделать.

    Ректор: Вот давайте это и занесем в проект решения Совета университета. Продумать цикл мероприятий в самое кратчайшее время. Пожалуйста, хороший вариант. В чем проблема?

    Шадурский В.Г.: Здесь много мнений высказывается, но я все-таки обращался бы к этому документу. Поэтому выражаться конкретно, добавлять какие-то формулировки. Но действительно, вот там где мы выражаем сочувствие можно сказать, что общественные организации, профсоюзная организация объявляет, ничего две строчки мы добавим, оно не увеличит. Что профсоюзная организации, профсоюзные комитеты оказывают материальную помощь. Добавить то, что Иван Иванович говорил. Правильно? Тут одной строчкой. Точка.

    Голоса из зала: Не надо.

    → 6:08 PM, Dec 27
  • Не получилось в 89-м, не стоит пробовать и сейчас

    Гайсенок Виктор Анатольевич

    ректор ГУО «Республиканский институт высшей школы»

    Ректор: Ну уже давайте… Виктор Павлович, вы уже выступали. Виктор Анатольевич, пожалуйста.

    Гайсёнок В.А.: Спасибо, я с места и очень коротко. Прежде всего поддерживаю ваше мнение Андрей Дмитриевич в отношении вече. Я хочу напомнить, уважаемые коллеги, что мы это уже давно проходили. Я помню как в восемьдесят девятом году в актовом зале секретарь парткома Гайсёнок, профессор Абрамович, представитель ЦК КПБ Бригадин…

    Ректор: Виктор Анатольевич, я прошу прощения…

    Смех в зале.

    Реплика из зала: Вспомните молодость.

    Аплодисменты.

    Гайсенок В.А.: Так вот я продолжаю. Мы это все проходили. Я вспоминаю 89-й год, когда в 1000 местном актовом зале собрались студенты, преподаватели, актив университета и представители руководства, ректората, парткома и так далее. Все это превратилось в митинг в самом худшем его варианте. Примерно такой митинг, как вчера произошел скажем возле Министерства здравоохранения, когда агрессивная толпа чуть ли не растерзала министра Караника. Вот от этого мы должны уйти. Обязательно уйти. Мы должны действительно развивать диалог на взаимоуважительных началах и в форме, при которой возможно слушать друг друга.

    Ну это так. Теперь по поводу заявления. Я в целом одобряю его. Оно лаконичное, оно выражает все позиции, нужно читать в том числе и между строк. Оно ёмкое. Единственное, что бы я предложил, учитывая предложение Михаила Анатольевича, а также замечания по поводу миссии университета. Вот этот первый абзац, “в этот драматический момент”, дополнить еще предложением, которое касается миссии университета. И подчеркнуть, что выполнение этой миссии возможно только в случае единства или, скажем так, взаимопонимания, взаимоуважения, диалога всех субъектов образовательного процесса. Тогда это и первого сентября покрывает, и мы отражаем то, для чего мы это делаем. Для того, чтобы выполнить свою главную задачу. Спасибо.

    Ректор: Спасибо, Виктор Анатольевич. Но мы же про единство в многообразии здесь тоже указали. Тут вот вопрос для меня лично пока еще не решенный. Я вот благодарен за такое решение уже с учетом выступивших. Все-таки мы про первое сентября найдем детализацию, если она вот в первом приближении не читается молодежью. Или все-таки оставляем такой стиль.

    Реплика из зала: Давайте голосовать. Мы проголосуем, да или нет.

    Ректор: Да, пожалуйста.

    Медведев Дмитрий Геннадьевич

    Уважаемые коллеги. Очень хорошо с моей точки зрения. Я не пытаюсь дать никакие оценочные суждения, что и опытные люди, и молодежь сидит, и мы высказываем, и я надеюсь, без страха свою точку зрения, потому что, повторюсь, что никто это собрание не режиссировал. У нас нет указаний ни сверху, ни снизу, ни справа. Это наша собственная инициатива. Послушать вас. Для чего мы собрались? Для того, чтобы этим кратким заявлением мы дали в руки, условно говоря мандат всем нашим деканам на дальнейшие переговоры со своими коллективами, включая студентов и преподавателей, раз.

    Во-воторых, чтобы все организации университета продолжали делать то, что предлагают включить в этот пункт. Они и так это будут делать. Придите, заявите, и это будет сделано, но в другой форме. Это политическое, это неполитическое, это виднее Виктору Геннадьевичу, как политологу. Я просто говорю о том, что я бы, не потому, что я каким-то образом причастен к этому заявлению. Я б даже про первое сентября не давал. Мы заявление даем 18 августа. У нас каждый первокурсник получил или получит приглашение на собрание на 30 августа. Само собой разумеется, деканаты будут дальше работать. В этом заявлении мы не можем охватить, с моей точки зрения, всё. Мы охватываем только основное. Почему может показаться, что уже много заявлений? Это заявление Совета БГУ. И это не только потому, что здесь люди, занимающие какие-то посты. Я согласен, что это не мы придумали Совет БГУ, но он является высшим органом БГУ. То заявление, которое высвечено на доске, все равно, наверное, каждый из нас подправил бы какое-то слово, но мне кажется, опять-таки я говорю только свою личную точку зрения, оно выражает основной посыл и дает возможности дальше вести диалог. Мы слышим всех, и мы призываем всех остальных слышать друг друга. И я хочу поддержать Виктора Геннадьевича, что это работа и 18 августа, и 30 августа, и 1 сентября, и 17 ноября на день студента. Все работает, с моей точки зрения. Но еще раз говорю, я никого, ни к чему не призываю. Я просто пытаюсь объяснить подоплеку, почему оно в такой лаконичной форме, почему мы хотим, ну я не знаю, поддержку Совета университета. И мне кажется, мы сегодня слышим друг друга. Да у нас разные мнения тут, об этом тоже как раз и написано. Спасибо.

    Ректор: Спасибо.

    → 11:24 AM, Dec 27
  • Я немножко знаком с теорией манипуляций

    Кондратенко Артур Сергеевич

    старшыня студенскай асамблеі Беларуская дзяржаўнага універсітэта, начальнік аддзела цэнтра кар’еры, аспірант гістарычнага факультэта Добры дзень, паважаны Савет. Я старшыня студенскай асамблеі Беларуская дзяржаўнага універсітэта, начальнік аддзела цэнтра кар’еры, аспірант гістарычнага факультэта.

    Я знаходжуся на двух пазіцыях, так атрымалася, я і студэнт, ну аспірант ужо нават больш чым студэнт, ну са студэнтамі я не спыніў сваю дзейнасць, і супрацоўнік. І мне двуякая пазіцыя: безумоўна заклікаць нікога да забастовак не трэба і далучацца да акцый салідарнасці — гэта даволі складана. Цудоўная прапанова ад дэкана эканамічнага факультэта прагучала пра агульны сход. Калі Андрэй Дзмітрыевіч падтрымае, мы б запрасілі туды, мы знаем людзей, выпускнікоў, студэнтаў, выкладчыкаў, якія маюць розныя грамадзянскія пазіцыі, мы б там маглі вырашыць.

    Разумею, што ёсць для гэтага Савет універсітэта, безумоўна. Ну калі мы хочам рашаць з усімі, мы ж усе тут разумееце, мы ж усе тут старшыні арганізацый. Я ў БДУ ўжо восем год, гэта замала безумоўна, але я аддадзены БДУ цалкам. Таму што гэта мая сям’я. І каб вырашаць, трэба вырашаць з усёй сям’ёй. Мы з вамі ўсе працуем тут, вучымся і гэтак далей. У нас ёсць якіясьці пасады. Ну трэба пачуць кожнага студэнта, калі мы сапраўды хочам іх пачуць і жадаем, каб гэта ўсё ж такі працягвалася мірна сапраўды, без радыкалізму. Таму што гэта прадухіліць іншыя рэчы. Вы самі бачыце, да, студэнты хочуць пачуць, гэта праўда, ужо казалі пра выбары, мы не можам гэта заявіць. Ну не можам гэта заявіць ніякім чынам. Тут пытанне толькі, не знаю, калегі, старэйшыя, гэтак далей, як да нас паставяцца нашы міжнародныя сябры? Мне проста самому цікава, я не ведаю. Сёння прагучала, што ў нас Канада выбары не прызнала. Ні Канада, ні Ірландыя, ні Велікабрытанія. Як адносіцца ўніверсітэцкая супольнасць? Гэта проста пытанне. Андрэй Дзмітрыевіч, на яго складана зараз адказаць. Мы таксама праводзім у студэнтцкай асамблеі міжнародныя розныя мерапрыемствы: гэта і НІР, гэта і … Мы заўсёды былі супраць гвалту. Безумоўна мы супраць гвалту. Ну зноў-такі, я заклікаю арганізаваць сход, калі гэта магчыма, ізноў-такі прагаварыць гэта і выказацца там нашым выпускнікам, каб мы спынілі вось гэты радыкалізм пакуль што на дадзеным узроўні. Пра гэта ішла ўжо гаворка. Пра дадзены сход. Калі гэта магчыма, то вось…

    Ректор: Понятно. Спасибо

    Кондратенко А.С.: Тут вось не трэба, проста як прапанова.

    Ректор: Понятно. Я единственное прокомментирую в отношении “Вольны сход”. Мы давайте не будем выстраивать народное вече, потому что они имели место, как форма правления в определенный исторический период. Вы это лучше меня, наверное, знаете как историк. Но я про что говорю, я не… Наоборот, в этом предложении, которое вы вот озвучивали, почему оно и нужно, т.е. мы не закрываемся, мы не хотим там как-то вот изолироваться. Спрятать там голову в песок. Нет, пожалуйста. Но, никакой не “Народный сход”, не “Агульны сход”. Вот есть коллегиальное, заложенное не нами с вами, кстати, заложенная коллегиальная форма управления причем в любом университете мира. Есть Совет университета. Если нужно встретится с деканами, с проректорами пожалуйста, если есть представители студенческой общественности, вот здесь присутствуют. Пожалуйста, кто против этого? Это не надо просто сразу заранее, мы ж понимаем, вешать какое-то шильду.

    Кондратенко А.С.: Гэта проста…

    Ректор: Я немножко тоже знаком с теорией манипуляций. И читал дисциплины соответствующие. Один французский философ говорил: “Любая фотография — это уже манипуляция. Как она размещена.” Понимаете, смотрит влево или вправо. Рядом есть флаг или нету флага. Поэтому эти вещи общеизвестны. Сход - не сход. Есть конструктивные, нормальные, ну как бы правила этикета. Если есть пожелания у студентов, пожалуйста, придите пообщайтесь. Здесь присутствуют деканы, директора институтов. Хоть раз декан закрылся от присутствующих и сказал, что меня это не касается? Я убежден, что нет! Такого не было. Вот что мешает сегодня? Если есть какая-то потребность, ну давайте, пожалуйста, я не против, только надо сделать так, чтобы это было как на Совете конструктивная нормальная форма общения. Все, больше ничего не надо. Как только появляется вече, как только появляется сход, появляется массовость, тут же появляются эмоции. Вы это тоже должны знать. Зачем эти вещи нужны? Тут никто ни от кого не прячется. И вот хорошо, что сегодня на Совете звучат разные точки зрения, потому что это правильно. Когда все молчат, мы же проходили тоже это все. И правильно, посыл хороший, что вопрос, и Виктор Геннадьевич его поднял, вопрос отношения к выборам, признание - непризнание. Давайте мы все-таки посмотрим на как бы миссию университета. Любого университета. Я приведу пример на своем опыте собственном скромном в 2015 году общался с вице-президентом Южно-Калифорнийского университета и там смотрели объекты. И задаю ему просто вопрос: “Как у вас студенческое самоуправление? Как оно работает? Где может быть посмотреть, какие там антураж, есть или нет плакаты и прочее?” Он не мог меня понять. О чем идет речь. Я говорю: “Ну как? В любом университете есть студенческие активы, которые участвуют.” Он говорит: “Да, у нас тоже в совете участвуют студенты.” Точка. Больше у них нет никаких студенческих активов. Студент учится должен. Поэтому выказывать сегодня какие-то политические вещи. Как мы относимся. Вот тут же я задаю вам сразу второй вопрос. Даже в этом зале, среди всех членов Совета, чуть меньше ста человек, есть люди, которые имеют совершенно разную позицию. Как можно единую позицию выработать, скажите?

    Кондратенко А.С.: Не, адзіную тут…

    Ректор: Вот и ответ на ваш вопрос. Категорически это нельзя делать. Мы спустимся на очень скользкий путь популизма. Вот вопрос. А отношение действительно к тому, что происходит с точки зрения всех событий, которые каждого из нас затрагивают, конечно надо давать отношение, это нормально, потому что университет — это не просто место, где учат. Это еще все-таки определенный такой культурный центр, элитарный, который оказывает воздействие и на общество. На разные самые слои. Поэтому хорошо, спасибо, на счет вот встречи надо просто продумать, но я еще раз говорю, я сторонник любой конструктивной встречи, диалога. Что такое диалог? Диалог — это уважение, равенство позиций. Всё! Как только появляется разговор либо начальник-подчиненный, либо как только появляется разговор вот мы все вместе, а вот мы такие — это уже митинг. Это другие формы. И вы это тоже понимаете.

    Кондратенко А.С.: Дзякуй вялікі.

    Ректор: Хорошо, спасибо.

    Реплика из зала: Нашей молодежи, которая сейчас присутствует. Вот на мой взгляд, сейчас возникла такая ситуация, когда нужно задуматься не только о том, что происходит сейчас, но и о том что будет в будущем. Поэтому я просто предлагаю нашим молодым коллегам, которые действительно имеют право на жизнь, они молодые, у них есть будущее. Просто попытаться встретиться со студенчеством. Вы актив, вам доверяют. Это уже супер. И пусть каждый выступит из студентов и сформулирует свою точку зрения. Не просто эмоцию, а что конкретно он хотел бы сделать, какие действия конкретно он хотел бы чтобы выразили… участвовали наши коллеги. Т.е. надо просто задуматься о том, что нужно сделать. И к чему это может привести. То есть понимаете? Не только действовать, но и следующий этап. Что будет потом? И вот когда люди молодые, вы же самые талантливые, которые пришли в университет, когда они станут на эту позицию, когда они начнут думать. Понимаете? Тогда они увидят и альтернативную точку зрения или какой-то консенсус. Потому что ведь смотрите, у нас нету в стране нашей людей. Все скандируют что? Жыве Беларусь! И все хотят жить в счастье. Понимаете? Я не вижу противоречия, я не вижу. У каждого свое понимание этого счастья. Поэтому нужно вот там искать консенсус. Именно там.

    Кондратенко А.С.: Мы там і прапаноўваем яго шукаць.

    Реплика из зала (продолжение): Я просто прошу поговорить актив студенческий со своими студентами. Спокойно, доверительно. Вам доверяют. И пусть они сформулируют свои предложения. А вы с этими предложениями придете на встречу с руководством или с членами коллектива и с деканами. И там свою точку зрения выскажете. Её послушают, обсудят и это будет действительно диалог. Спасибо.

    Кондратенко А.С.: Дзякуй.

    Ректор: Хорошо, дзякуй.

    → 12:20 PM, Dec 26
  • Студентам не нужны слова, студентам нужны действия

    Лучинович Виталий

    председатель студенческого совета по качеству образования БГУ

    Всем добрый день, и как бы мой основной посыл, я председатель студенческого совета по качеству образования БГУ, Лучинович Виталий. Основной посыл в том, чего мы добиваемся? Что будет после этого заявления? Ну заявили мы. Я, думаю, могу сказать, что мы столкнемся со шквалом недовольства со стороны студентов. Потому что студенты действительно хотят какого-то действия. Даже если мы заявим о том, что студенты имеют право участвовать в мирных акциях, студенты это поддержат. Основной посыл должен быть в том, что вы имеете право мирно выражать свою позицию и просим вас не участвовать в каких-либо восстаниях или еще в чем-то. Основной посыл должен быть такой. Потому что я во многих телеграм-каналах состою, где есть студенты, которые уже сами ведут какие-то инициативы. Рандомно появляются инициативы. Мы уже к этом, как студенчество БГУ, никак не привязаны. Люди уже сами начинают организовывать, что-то там устраивают. И они хотят определенных… они требуют, чтобы ВУЗ четко сказал какую-то определенную позицию. А вот это на самом деле, если я как будущий студент почитаю, я скажу, что это какая-то отписка ни о чем. Требуются какие-то определенные четкие действия.

    Ректор: А какие? Можете назвать?

    Личинович В.: Вот даже вот то, что Ангелина озвучила. Провести какую-то акцию поддержки пострадавших. Что плохого? Здесь нет никакого политического контекста.

    Ректор: Конечно нет.

    Лучинович В.: Я даже напомню, что БГУ в свое время участвовал в политической кампании в форме (неразборчиво), БГУ уже влазит в политику. А это не политика, это как бы мы наблюдаем сегодня исторические события, ну реально такое впервые за всю историю современной Беларуси происходит, когда в воскресенье вышли 250 тысяч на Стеллу и люди действительно хотят каких-то перемен. Почему мы не можем поддержать стремление студентов к переменам. Нам в этой стране жить, и, скажем так, мы действительно должны придти к какому-то консенсусу и действительно поддержать как-то наших студентов и даже преподавателей, которые также жаждут каких-то изменений в стране.

    Ректор: Виталий, вот я и отвечаю на ваш вопрос. Я думаю, что вы с ним вполне можете согласиться. Вы говорите понятные вещи. Я могу чуть-чуть дальше продолжить. Вот студенты хотят перемен. Преподаватели там хотят перемен. Опять-таки, а если будет один-два-три преподавателя, которые говорят, а нас это не устраивает. Мы боимся, что будет завтра. Вы (их) предлагаете считать вне корпорации БГУ? Вы их предлагаете считать какими-то неправильными? Которые не следуют туда на Стеллу?

    Лучинович В.: Я предлагаю объединить всех в одну группу…

    Ректор: А как? Если у них разные позиции.

    Лучинович В.: Там же есть четкий план действий…

    Ректор: Какой?

    Лучинович В.: Я и предлагаю, давайте устроим акцию солидарности там пострадавших студентов.

    Ректор: …для пострадавших студентов — это есть нормальный…

    Лучинович В.: Я вам честно скажу, многие студенты не доверяют администрации ВУЗа. Многие до сих пор боятся, что их отчислят, что на них будут давить.

    Ректор: Вот ещё раз. Студенты боятся. Это немножко другая плоскость. Давайте мы вернемся к вашему первоначальному посылу. Вы так и не ответили. Один, второй, третий (неразборчиво), а большинство или меньшинство это сейчас не имеет значения, есть наши коллеги, наши сотрудники и их немало, которые могут иметь самые разные точки зрения, кто-то больше за одну модель развития, кто-то за другую модель развития. И поверьте, такие люди есть у нас. Их что тогда, если они не пошли на Стеллу вы их предлагаете как, считать тогда не членами?

    Лучинович В: Это я веду к тому, что каждый имеет право выражать свою точку зрения.

    Ректор: Вот, так вот и отвечая на вопрос, понимаете? Долго этот документ рождался. Но мы отвечаем на вопрос, что мы не имеем морального, я уже не говорю про юридическое, права считать этих людей изгоями какими-то.

    Лучинович В.: Это само-собой.

    Ректор: Ну так если само-собой, вот это и написано, что недопустимо делить на своих и чужих, что сегодня, к сожалению глубокому, происходит.

    Лучинович В.: Так я говорю о том, что когда мы это заявим, то может последовать негативная реакция со стороны студенчества.

    Ректор: Я еще раз прошу представителей студенчества, которые входят в состав Совета университета эту позицию озвучивать. Вот мы здесь собрались, здесь нет никакой режиссуры. Можно верить администрации университета, можно не верить. Я не знаю на чем основано неверие. Может быть допущение, что весь предыдущий опыт был как бы разным. Может быть. Это мое допущение. Но! Что нужно сделать, чтобы сегодня поверили? Взять и пойти на Стеллу? Это путь в никуда. Вы ж сами…

    Лучинович В.: Это я к тому, что сейчас студенты хотят какие-то конкретные услышать действия.

    Ректор: Так вот мы и обсуждаем, что должно быть.

    Лучинович В.: Я уже закончил.

    Реплика из зала: …есть же не только студенты, но и преподаватели. Знаете, это уважение двух сторон. Уважение к позиции двух сторон. Если мы не услышим, здесь вот прежде всего, внутри друг друга. Это документ направлен на доверие к друг другу. Сейчас Совет университета заявляет. Во все времена такая была…

    Ректор: Я слышу, я понимаю вашу позицию. Вы абсолютно имеете право её высказать, вы член Совета университета. Я про другое говорю, вот конкретный вопрос, мы не можем подсчитать этих людей. Даже если это один человек он не может быть изгоем. Он не может быть каким-то неправильным.

    Лучинович В.: Смысл в том, чтобы каждый мог высказать свою позицию.

    Ректор: Правильно, так вот это и записано, понимаете? И когда мы говорим о том, что… Вот сейчас я согласен. Вопрос очень важный, что включить, что не включить сюда дополнительно, чтобы была не столько общая такая гуманитарная, мировоззренческая часть, сколько какая-то конкретика. В принципе, она прозвучала. Выразить сочувствие пострадавшим. Ну… Давайте обсуждать. Логичное предложение. Но если мы начнем перечислять: мероприятие один, мероприятие два, мероприятие три, то это вот уже происходит. Помощи оказание на факультете философских и социальных наук психологами. Многие и многие другие вещи.

    Лучинович В.: Ну просто как нам привлечь тех студентов, которые действительно боятся? И которые просят никому не говорить, что их задержали.

    Ректор: Отличный вопрос. Предлагайте.

    Лучинович В.: (неразборчиво) Провести какую-то акцию солидарности, ребята не бойтесь, администрация с вами. Они полностью с вами.

    Ректор: Я могу сказать. Тут же в телеграмм-канале будет администрация университета организовала карманную акцию, которая в свою защиту там что-то.

    Лучинович В.: …акция должна быть согласована…

    Чуприс О.И.: Ну будет акция, и что они не будут бояться?

    Лучинович В.: Студенты увидят… Нет я веду к тому, что администрация ВУЗа их поддерживает.

    Реплика из зала: Так она выразила свое мнение…

    Лучинович В.: Это просто текст. Все скажут: “Да написали. Что дальше?”

    Чуприс О.И.: Так пусть придут к ректору.

    Реплика из зала: К декану.

    Лучинович В.: Поддержка должна быть в действии, а не в тексте. Знаете, вообще в истории было много популистов, за ними шли. Но людей судят по их действиям.

    Королева А.А.: Нет, давайте организуем открытую встречу, на которой будут присутствовать деканы и ректорат, куда могут придти все студенты и задать интересующий их вопрос.

    Ректор: Пожалуйста, Иван Иванович.

    Янушевич Иван Иванович

    проректор по воспитательной работе

    Вы знаете коллеги, я хотел бы несколько обозначить. Безусловно нам нужны действия, противодействия, но. По помощи нашим студентам. Уже наверное, дней пять на сайте профсоюзной нашей организации висит объявление, что мы собираем информацию и будем оказывать эту помощь. И это уже публично было заявлено. Повторять это в новом заявлении не имеет смысла. Безусловно.

    По Ангелины и Виталия предложениям. Но извините меня, составлять какой-то список людей принявших участие, откуда вы знаете, что они туда хотят попасть вообще?

    Реплика из зала: Боятся.

    И по порядку, у нас абсолютно четко выстроена на факультетах и подразделениях обратная связь. Если кто-то из студентов там думает, что он будет подвержен каким-то дальнейшим действиям… Единственный человек, который отчисляет студента и увольняет сотрудника — это есть ректор. Если надо, три раза придите и ректор вам скажет три раза, я вас не отчислю. Но вот какую-то публичную акцию, флешмоб. И вот мы пишем, своих и чужих, извините, я личное мнение выскажу. Если я не пошел на Стеллу я чужой что ли?

    Реплика из зала: Да. (тихо)

    Янушевич И.И.: Или я проголосован за него, я чужой, потому что я не поддержал кого-то в этом движении. Я не знаю.

    Ректор: Понятно.

    Янушевич И.И.: Деньгами поддержка, она уже обеспечивается.

    Журавков Михаил Анатольевич

    Извините, я уже всем надоел. Я вообще вот подумал, а может нам не заявление делать, а сделать номер университетской газеты, где выступят просто с разными мнениями люди и все. Сегодня уже сотня мнений, сотня дополнений разных. Пусть в газете опубликуется это заявление. Выступят студенты, выступят деканы, выступят преподаватели и так далее. Где будет видно, что…

    Гигин В.Ф.: Михаил Анатольевич, в стране революция. Надо каждый день газету делать.

    Шадурский В.Г.: Каждый час надо…

    Журавков М.А.: А газета у нас интернет-газета есть. Ну а вы? Вы у нас самый мудрый, почему вы молчите? Вы боитесь или не хотите?

    → 7:14 PM, Dec 24
  • Скатываемся на оппозиционную позицию

    Журавков Михаил Анатольевич

    Можно я один вопрос (задам), чтобы мы вернулись.

    У нас политическое заявление?

    Шадурский В.Г.: Конечно.

    Журавков М.А.: Или у нас заявление от университета? Это две разные вещи. Вы знаете, мы все больше и больше скатываемся в политическое заявление для поддержки стороны, которая стоит на позициях, ну не оппозиционных, но на позициях, вот я вижу у девушки… (белый браслет?) я ничего не осуждаю, я нормально, я тоже голосовал и свою позицию высказывал с белым этим (браслетом?).

    Мы, еще раз я хотел бы сказать. Если мы официально заявляем политическое заявление университета в поддержку тех, кто находится справа, это одно.

    Второе, если мы просто высказываем свою позицию о ситуации, как вначале было, о ситуации в стране, и что?

    Вот вы поймите, мы все больше говорим, надо это, надо поддержать, надо поставить какие-то эти, надо оказывать поддержку и так далее надо. Зачем про это говорить вслух? Зачем? Что мы добиваемся? Чтоб наш университет признали оппозиционным.

    Ректор: Нет, конечно.

    Журавков М.А.: Так к этому все и идет. Вы одумайтесь коллеги. Вы одумайтесь. Если мы сегодня говорим, что мы оппозиционеры, мы против той власти, которая есть, то это одна позиция. Она может быть такая. Если мы говорим, что все наши студенты, которые вышли на площадь, все пострадали, все это… …это респект. Все остальные, кто дома остался…

    Я сколько студентов уговаривал не идти!

    Я говорил: “Зачем? Можете пойти, это ваша позиция.”
    Заявление одного студента: “Я пойду туда”.
    Я говорю: “Зачем ты пойдешь?”
    - Я пойду. У меня такая гражданская позиция.
    - Ты имеешь полное право. Ты завтра придешь?
    - Я, наверно, не приду, потому что я сяду.

    Он намеренно пошел, и он был уже готов, я его не осуждаю ни в коем случае. Замечательный великолепный наш студент. У него такая гражданская позиция. Он имеет на это право.

    Но мы все взрослые люди. Давайте мы немножко вернемся на землю и посмотрим о чем мы здесь сегодня говорим. И вообще зачем мы это говорим. Вот самый первый вопрос — Зачем? Что мы хотим? Я своей мыслью хотел сказать, что мы главный классический университет страны. Мы, конечно, ненавидим, осуждаем вот то безобразие, которое было. Нельзя бить человека! Нельзя унижать его! Сколько психологически больных сейчас молодых людей? Но мы же нормальные цивилизованные люди. Давайте думать. Первое сентября мы все придем в аудиторию. И как мы будем? Вот о чем главное. Подумайте, что мы будем…

    Шадурский В.Г.: Михаил Анатольевич, конкретно что вы хотите? Сформулируйте.

    Журавков М.А.: Зачем вообще это заявление тогда? Мы сейчас… Останется оно такое, что… Или мы говорим, или мы не говорим ничего. А мы сейчас все больше, я еще раз хочу подчеркнуть, скатываемся на позицию оппозиционную, это раз. Второе, вообще какую-то, ну вот что? Вот это заявление, заявление должно нести какой-то посыл. Мы осуждаем, да мы осуждаем. Дальше что? Что дальше?

    Ректор: Михаил Анатольевич, можно?

    Журавков М.А.: Извините, я может быть это эмоционально, но я немножко хочу нас вернуть на землю грешную.

    Реплика из зала: Надо оставить как оно есть.

    Король А.Д.

    Я отвечу. Конечно, мы делаем заявление, которое от Совета для наших, я же сразу сказал целевое назначение, для наших сотрудников, для наших студентов с разъяснением позиции, которая…

    Журавков М.А.: Непонятно, что это за заявление. Они (студенты) четко сказали. Они не понимают, что это заявление, что оно принесет.

    Ректор: Я чуть-чуть продолжу. Но те вещи, которые вот прозвучали, это вещи здравые. Единственное, нам нужно действительно посмотреть на формат. Либо мы оставляем формат короткого такого вот заявления, либо мы делаем формат развернутым. Но это другой совершенно целевой посыл и другой жанр, стиль и все что угодно. Мы говорим об одном и том же. Но что здесь?… Конечно нельзя до бесконечности детализировать. Я согласен полностью. Мы заболтаем содержание. Оно должно быть очень понятным и коротким. Если оно непонятно, давайте посмотрим как донести более доходчиво, но это не должно быть сочинение на тему, как я провел лето.

    Гигин В.Ф.: Здесь просто надо сказать, что мы за доверие прежде всего у наших молодых коллег. Чтобы нам, не прятались от нас, а доверяли исходя из этого документа.

    Ректор: Ну да, согласен.

    Гигин В.Ф.: Я тут вот не слышал пока ничего такого.

    Ректор: Да, Виктор Францевич.

    Шадурский Виктор Геннадьевич

    Дело в том, что мы говорим, да действительно это политический момент. Мне кажется, в этом заявлении нет никакой такой жесткой политики. Правда? Мы старались, чтобы оно было такое, устроило всех. И если мы не будем разговаривать со студентами здесь, с представителями студентов, то они будут отдельно разговаривать, мы будем отдельно где-то сидеть. Правильно? И сегодня на кону единство университета. И университеты рождались прежде всего, когда студенты приглашали преподавателей. Мы должны вернуться к этому. Поэтому ничего там политического нету. Там есть гуманистические традиции БГУ. И они там декларируются. Какая там политика? Покажите, где политика?

    Журавков М.А.: Я сказал о том, что мы скатываемся.

    Шадурский В.Г.: Куда мы скатываемся? Девушка попросила конкретизировать.

    Журавков М.А.: Да я не о девушке.

    Шадурский В.Г.: А о ком еще? Возможно, ну я не знаю, это уже другой профсоюзный фонд уже призывали создать коллеги. Может создать фонд там действительно какой-то профсоюзной организацией или организовать там сбор средств. Не надо много. Студенты хотя одну фразу буквально. Ну нет, значит на суд… можем и не писать, а ограничиться общей. Но понимаете, пока дискуссия идет здесь, правильно? А не на улице.

    Ректор: Правильно. Мы сейчас говорим, и вы говорите, и Михаил Анатольевич правильно говорит о том, какую, насколько я понимаю, выбрать концепцию. Концепция определяется целью. Вот цель, еще раз повторю, это действительно донести этот месседж до студентов, до преподавателей. Позиция как университета о том, что есть многообразие мнений. Это самое сложная вообще задача. Донести. Потому что те радикальные вещи, которые звучат, они ну, мягко говоря… Поэтому мы однозначно здесь никакой не занимаемся… Это не наша компетенция.

    → 7:57 PM, Dec 23
  • Студенческие инициативы

    Ректор: Просто хочу слово предоставить тем, кто заявляет. И это правильно. Ну и в порядке очередности. Вот, пожалуйста, сзади молодой человек.

    Матвей Шебалин

    председатель Студенческого Союза БГУ.

    Я вот хотел бы высказать по поводу помощи пострадавшим. Мы вот со стороны Студенческого Союза и потом нас в дальнейшем поддержали студенческие...

    Ректор: Можно… Я прошу прощения, Матвей, вперед, давайте так.

    Шебалин М.: Хорошо. Мы со стороны студенческого союза совсем недавно запустили форму помощи для пострадавших. Мы запускали (форму) и для студентов, и для сотрудников. И раз стоит такой вопрос, сейчас уже, естественно, начались освобождения, и пока массовых задержаний новых нет, но вот я могу предложить также и профкому сотрудников присоединиться к этой инициативе. В принципе, даже озвучить свою позицию. Сейчас, скажем, чего не хватает студентам? Студентам не хватает именно конкретных действий. Т.е. на уровне заявлений мы отлично вписываемся в поле, скажем так, взрослых людей и категорий такой высшей игры. Но на уровне студентов, которые еще получают образование, и многие не понимают подоплек этих заявлений, и что они несут. Им нужны, скажем так, простые действия. И вот первое, это было бы неплохо действительно заявить открыто о помощи, что они могут прямо подойти. Сейчас, конечно, основной вид помощи, это, естественно, там всем юр.(помощь), но, к сожалению, мы с чем столкнулись, и, возможно, нам профком сможет помочь, это очень у многих студентов пострадала личная техника, потому что её просто-напросто разбили намеренно, к сожалению. Вот.

    И второй момент, касательно действий, что сейчас в рамках этих условий появляется очень много призывов, которые возможно где-то высказаны на эмоциях, я думаю не секрет для некоторых здесь (присутствующих) призывы к забастовкам есть внутри университета, которые, я бы даже сказал, имеют немножко и разрушительны для университета. Потому что радикализация в то же время у людей разных взглядов. И в то же время от университета призывов…, и эти призывы подтягивают выпускников. Вот про что я хотел сказать. В этом обращении мы, к сожалению, никак не затрагиваем выпускников, мне кажется. И было бы возможно интересно в том пункте, где мы призываем и готовы предоставить интеллектуальную помощь, а так вот косвенно и обратиться к выпускникам, и сказать, что надеемся, что и наши выпускники тоже смогут помочь нам своими знаниями и навыками. Потому что сейчас мы это как-то не оговариваем. Спасибо большое.

    Ректор: Спасибо. Ну, интересное предложение, даже не одно здесь, да? Акцент на выпускников и акцент первый на помощи.

    Шадурский В.Г.: Конкретизировать нашу помощь.

    Ректор: Да, согласен. Действительно хорошее предложение. Еще вопросы. Да, пожалуйста.

    Ангелина Гастомова

    председатель студенческого совета по качеству образования исторического факультета.

    Всем добрый день. Меня зовут Ангелина Гастомова, я председатель студенческого совета по качеству образования исторического факультета. Здесь мы многие, ждем, возможно, каких-то действий. И, к сожалению, мы говорим о пострадавших студентах, о пострадавших преподавателях, но я, как член студенческого актива, за последнюю неделю сталкиваюсь, к сожалению с тем, что многие студенты действительно боятся подоплеки, и они втихую обращаются к студенческому активу, чтобы мы ни в коем случае не сообщали о том, что с ними случилось администрации. Поэтому, я думаю, что вполне логичным себе действием будет организовать хоть какую-то акцию поддержки или акцию солидарности именно студентам и преподавателям БГУ пострадавшим. Мы привлечем к этому наших студентов и те люди, которые замалчивают о своих проблемах увидят, что университет действительно готов им помочь без каких-то для них в последующем плохих последствий. Хотя ректор говорил, что не будет применять какие-то санкции впоследствии к этим людям, но они, к сожалению, даже после этого обращения имеют вот такие проблемы. Вот.

    Это мое предложение.

    Ректор: Спасибо, можно сразу вопрос? А какие проблемы имеются, вот в чем сомнения? Что кто-то кого-то отчислит? Я не понимаю.

    Гастомова А.: Нет, нет, нет. Они просто… Возможно они боятся, они не доверяют. И это в основном ребята с периферии, которые учатся на бюджете. И плюс, нам пишут их родители, не сами (студенты) возможно, пишут родители, которые боятся. Ну просто такое есть, и я думаю кто-то из вас с этим сталкивался. Конечно, большинство ребят обращаются, но…

    Ректор: Обращаются за чем?

    Гастомова А.: Обращаются за помощью. Или они информируют, например, нас задержали.

    Ректор: И они боятся обращаться?

    Гастомова А.: Да, они боятся обращаться.

    Реплика из зала: Ну здесь же Совет поддерживает.

    Ректор: Вопрос вот, понимаете, верить - не верить, я не знаю. Мы его этим мессенджем не разрешим. Можно хоть десять сделать, если человек не доверяет, то он и не будет доверять. Т.е. какие конкретно…?

    Гастомова А.: Вот смотрите, я сказала…

    Ректор: Как с вашей точки зрения шаги надо сделать, чтобы было больше доверия? Ну если ректор говорит нет, не будет, если не верят, то это что значит, ректор обманывает?

    Гастомова А.: Нет, нет, нет. Подождите, я говорю именно про действия. Тут говорили про действия, я просто предлагаю как вариант, чтобы повысить этот уровень доверия, чтобы показать, что университет действительно открыт, даже для тех, кто, возможно, боится. Просто устроить какую-то именно акцию солидарности, что-то такое…

    Ректор: В чем она состоит?

    Реплика из зала: Расскажите главное.

    Гастомова А.: Ну смотрите, формат можно продумать абсолютно открыто, что угодно, возможно если будет “Vivat” мы там поставим какую-нибудь, я не знаю, зону, где мы сможем, я не знаю…

    Ректор: Зона плохое слово.

    Гастомова А.: Самый простой формат: мы можем записать к ним вот эти, знаете, листовочки, паштоўкі, открытки, что угодно. Просто чтобы эти люди видели, что их внутри университета поддерживают.

    → 11:34 AM, Dec 22
  • Обсуждение обращения

    Ректор: Пожалуйста, Виктор Геннадьевич.

    Шадурский Виктор Геннадьевич

    декан факультета международных отношений БГУ (01.09.2008-03.03.2021)

    профессор, доктор исторических наук

    Логика этого документа. Понятно, что в университете должен быть компромисс, и логика этого документа, конечно, она компромиссная, и вряд ли она может учесть все мнения. Это должен быть короткий, достаточно политический документ. Потому что, конечно, лучше бы нам вообще не высказываться на злободневные политические темы, а обсуждать какие-то фундаментальные основы. Но сегодня из политико-правового поля ситуация переросла в уличные демонстрации и сегодня собираются здесь студенты, возможно соберутся, не знаю сколько. И они будут действовать согласно своей логике. И как мы отреагируем? Можем закрыться, вызвать ОМОН, хотя нам уже никто не пришлет.

    Реплика из зала: Каждый день.

    Шадурский В.Г.: Это уже не ОМОН. Это охрана стоит. Поэтому, документ состоит из двух частей. Первое, отношение к тому, что происходит в стране. И вторая часть, как должен жить университет сегодня и завтра. Т.е. Вернуться к вот этой вот академической толерантности. Здесь всё высказано. Какие основные вопросы?

    Первое, осудить насилие, там есть. Правда?

    Провести правовое расследование, там тоже есть.

    Вопрос какой конкретный возникает? Конечно, отношение к выборам. Это требует определиться. Но у нас, действительно, не будет никогда консенсуса здесь. Требования к переговорам. Требования какие-то к участникам конфликта. Требования к переговорам, на которых будут обсуждать какое-то конкретное политическое будущее. И все стороны об этом говорят, что это надо обсуждать.

    Поэтому поступило предложение от студентов, и оно было поддержано. Я предлагаю сформулировать это таким образом, мы добавляем этот пункт.

    Ректор: Мне кажется, логично.

    Шадурский В.Г.: Выражаем, наше сочувствие и поддержку членам коллектива БГУ несправедливо пострадавшим в период мирных манифестаций.

    Ректор: По первому сентября, Виктор Геннадьевич, как вы? Есть смысл?

    Шадурский В.Г.: По первому сентября, “призываем все членов университетского сообщества обсуждать любой вопрос, соблюдая гуманистические традиции БГУ, взаимоуважения и солидарности” и 1 сентября, и 31 августа, и 15 октября. Детализировать нет смысла.

    Королева Анна Анатольевна

    декан экономического факультета, доцент кафедры аналитической экономики и эконометрики экономического факультета

    кандидат физико-математических наук

    Королева А.А.: Миссию добавить надо. Существует классическая миссия, классических университетов. Надо просто…

    Ректор: Оно как раз-таки, я понимаю, есть безусловно миссия университета. Мы в стадии её уже кстати финального принятия. Потому, что она должна быть очень короткая эта миссия. Та миссия, которая есть, она заточена, извините за сленг, под требования СМК. Мы её даже не уложим на полстраницы в принципе.

    Королева А.А.: Нет, но существуют же классические миссии классических университетов.

    Ректор: Но у каждого своя. Нет, общеуниверситетская миссия, она у всех одна. В данном случае она и так понятна. Она здесь вот отражена.

    Кочин Виктор Павлович

    начальник Центра информационных технологий, кандидат технических наук

    Кочин В.П.: На счет первого сентября. На самом деле, у на были еще большой контингент — это родители детей. Особенно иногородних. Они сидят и ждут, что и делать первого сентября, вести детей, не вести детей. Будут занятия, не будут занятия. Они сидят очень многие нервничают. Все мы знаем, что в период приемной кампании, очень многие, даже иногородние из областных центров, позабирали документы и увезли к себе. Лучше в своих региональных вузах, но под боком, чем в Минск. А у них же рисуется очень хорошая картина. И на самом деле мы должны выработать, что будет первого сентября, мы будем учиться, мы не будем учиться, хоть тезисно, хоть как-то, чтобы была какая-то конкретика. Иначе…

    Реплика из зала: Мы уже объявили это на собеседовании.

    (Неразборчиво)

    Ректор: Во-первых Виктор Павлович, у меня сразу вопрос. Почему, потому что еще раз повторю, абсолютно логично и понятно и не только ваше выступление. Я тоже придерживаюсь того, что позиция должна быть разъяснена. Но здесь принципиальный вопрос. Когда у нас вот этот изначальный проект. Его, кстати, я скажу, тут никакого секрета нет, его писал, скажем так, коллективный разум, состоящий из пяти-шести деканов, директоров институтов. И писали его, ну, собственно-говоря, вот вчера буквально после заседания приемной комиссии. С тем, чтобы хотя бы было хоть что-то, чтобы вынести сегодня на обсуждение. Это обычная практика. Поэтому, я думаю, что ключевые, реперные точки, они здесь заданы, но если мы начинаем расписывать, мы принципиально просто меняем уже даже не содержание этого вот месседжа. Мы меняем его как бы назначение. Вот в чем дело. Тут нам надо решиться. Я согласен, что это как-то должно быть отражено.

    Кочин В.П.: … общаясь в своем коллективе, со своими людьми, у меня тоже есть люди, которые абсолютно разных взглядов. Нужно уважать и тех, и других.

    Ректор: Да, абсолютно правильно.

    Кочин В.П.: Единственное в чем сходятся, осудить на самом деле насилие — это у всех. Любые и левые, и правые, как говорится. И второе, на самом деле — это (дать) правовую оценку. В этом сходятся все. В остальном, это люди, они абсолютно разных взглядов. И они знают то, что мы поддерживаем абсолютно всех, и любое мнение для нас важно. Это самое главное, здесь написано, на мой взгляд.

    Ректор: Спасибо, ну здесь третьего не дано, как говорится. Это правда. Да, пожалуйста, Сергей Николаевич.

    Ходин Сергей Николаевич

    заведующий кафедрой, доктор исторических наук

    Ходин С.В.: Добрый день, коллеги. Я действительно поддерживаю поддержку пострадавших, потому что здесь такой акцент, который раньше прозвучал от этих молодых людей. И в связи с этим, может быть не будем сейчас давать оценку, как историк скажу, драматический он момент, или какой-то другой. Может быть здесь сегодня для кого-то он драматический, а для кого-то… (неразборчиво) … Может быть единственное, это то, что прозвучало в вашем обращении, это поиск путем диалога. Т.е. поиск взаимопонимания в обществе.

    Ректор: Вот спасибо, Сергей Николаевич, сразу же, что называется, по горячим следам. Почему здесь драматическое, на мой взгляд. Реч идет… Ну, во-первых не будем смотреть в толковые словари, что такое драма, что такое не драма. Тут важен, действительно, как бы посыл. Вот этот месседж, который мы как от университета направляем своим сотрудника и студентам. Если мы уберем, я согласен, убрать “драматический”, то это получится просто набор слов, которые потеряют назначение этого послания. Но это моя точка зрения. Т.е. это тот термин, который, в принципе, на мой взгляд понимает сегодня каждый. Что действительно происходит событие, которое вопиющее, а не переломное.

    Реплика из зала: Да, а может переломное?

    Шадурский В.Г.: “Драматический”, это более нейтральный термин.

    Ректор: Прошу прощения коллеги, вот эмоционально пошло.

    → 2:57 PM, Dec 21
  • Выступление председателя профсоюза БГУ

    Суворов Владимир Васильевич

    Ректор: Я видел, Владимир Васильевич хотел…

    Суворов В.В.: Уважаемые коллеги!

    Ректор: Ну как принято у нас. Можно тут (на трибуне), можно с места.

    Суворов В.В.: Уважаемые коллеги, я буду отталкиваться от того текста, который видел на экране и, на мой взгляд, чтобы я изменил. Сейчас мы хотим высказать отношение к определенным событиям. Решение руководящего органа будь то общественная организация или будь то некая корпорация, такое решение… За него надо голосовать, все это как-то сложно. В таких ситуациях, мне кажется, очень… В ситуации возможности разности мнений, мне кажется, правильно обращение начать не Совет Белорусского государственного университета, а может быть члены Совета, и сопроводить это подписями. В таких ситуациях это было бы сильным, мне кажется, аргументом. Возможно.

    Ректор: Давайте коллегу дослушаем. В чем плюрализм мнений?

    Суворов В.В.: Да, т.е. за голосованием, я участвовал в таких голосованиях, и когда принималось обращение мне потом было как-то немножко не по себе. За голосованием теряется позиция. Это мы как-бы должны понимать.

    Вот если действовать дальше по тексту, “в этот драматический для Беларуси момент считаем необходимым уберечь”. Как? Да, мы “считаем необходимым”, это великолепная фраза, это задача, которую мы сейчас должны с вами выполнить. Может быть момент, я не знаю, назвать его драматическим, назвать его каким-то переломным, может назвать сложным. И вот мне кажется уберечь. Здесь мы должны сделать некое движение, которое призвано уберечь.

    Возможно, возможно… Я текст вижу тоже вот как бы первый раз, возможно “считаем необходимым” продолжить так: “как-то с уважением относится к правам и свободам граждан, гарантированных конституцией” и показать, что корпорация университета, что люди, работники корпорации университета, они объединены не только вот этими конституционными вещами, но объединены некой общей задачей, общей целью, общей миссией. И вот эта миссия университета — это есть то, что нас объединяет, и что эта миссия наша, по сути, гуманна. Она по-сути направлена в будущее, на создание будущего, на обеспечение для молодых поколений каких-то новых перспектив. И вот с целью следовать этой миссии, гуманной миссии, вот здесь как бы должен быть призыв. И мне кажется, такой абзац, он как раз и говорит о том, что мы едины в гуманистических, оценочных может быть суждениях.

    И отсюда логично бы следовало “выступаем за сохранение вековых устоев академической толерантности”.

    Призыв… Призываем… Суть, конечно, мы все понимаем, и суть очень правильная, на мой взгляд.

    Вот, наверно, все, что я бы хотел сказать. Наверно так.

    Ректор: Спасибо, спасибо Владимир Васильевич.

    Реплика из зала: Скажите, пожалуйста, ведь профсоюз должен отстаивать … (неразборчиво)… тем кто пострадал. Оказывать какую-то помощь… Ну, я не знаю, поддержка или еще что. Очень красиво можно говорить, но что конкретно профсоюз, как организация, которая стоит на защите (неразборчиво) вообще сделал? Вроде вы говорите, что есть пострадавшие студенты, есть пострадавшие преподаватели. У вас есть информация о том, что помогли, что-то сделали?

    Суворов В.В.: С этим вопросом… С этим вопросом я знаком. И могу сказать вот что. Когда в предложениях я говорил, что надо “члены Совета”, а не “Совет”, я как раз вспоминал решение Федерации Профсоюзов известное от 15 июля. И вы знаете, вот… Ну я лучше так скажу. Я понял одно, что не все наши работники понимают, что такое профсоюз.

    Реплики из зала: Владимир Васильевич, ну тут же конкретный вопрос был. Мы просим ответа.

    Суворов В.В.: Хорошо, 8 августа… Я буду говорить про профсоюз работников образования и науки. Мы являемся первичной профсоюзной организацией этого профсоюза. 8 августа председатель профсоюза работников образования и науки обратилась к стране через сайт. Это было опубликовано в различных средствах массовой информации, с требованием прекратить давление на избирательные участковые комиссии. Уже тогда были для этого какие-то основания.

    Как только появились факты о психологическом давлении работников образования, которые участвовали в избирательной кампании, было второе заявление сделано публично, не дожидаясь там всяких реакций, и оно было сильно, основательно поддержано. И оно было началом того, что учителя начали более активно не то чтобы защищать себя, а проявлять свою гражданскую позицию, я так скажу.

    Ректор: Хорошо, Владимир Васильевич, понятен ваш ответ.

    Суворов В.В.: Университету такие сведения о том, что наши работники пострадали, у нас нет, но в мессенджерах я и мой заместитель сделали личное заявление, обратились к председателям профбюро, и нас поддержали все, что мы окажем любую возможную поддержку тем, кто пострадал от насилия и жестокости. Ну вот на этом все.

    Ректор: Владимир Васильевич, есть сведения на факультетах, постоянно обновляются, идет работа. Ну, на самом деле, здесь не надо говорить, что их нету просто количественно. Хорошо, спасибо.

    Реплика из зала: Просто сейчас будет отток вообще из профсоюзов, понимаете? Будут писать заявление об уходе из профсоюза.

    → 7:53 PM, Dec 20
  • Володько Роман

    студент третьего курса, председатель профбюро студентов факультета международных отношений.

    Разрешите, я сдача представлюсь. Меня зовут Володька Роман, я студент третьего курса, председатель профбюро студентов факультета международных отношений.

    Я думаю, что все согласны с тезисом, что университет всегда должен поддерживать студентов и преподавательский состав. И особенно в такое непростое время, когда в обществе раскол и конфликт. И лично мне, мое мнение, что в этом обращении не хватает поддержки пострадавшим. Пострадавшим преподавателям и студентам, а я уверен, что такие в нашем университете есть. И я бы добавил тут уважение и восхищение тем, что они не побоялись и выразили свое мнение, свою гражданскую позицию мирным путем. Потому что действительно выражение мнения у нас… Иногда люди боятся это делать по нескольким причинам. И те, кто не побоялись, я бы выразил вот это уважение к ним.

    И также, наверное, поддержал пострадавших. Поэтому, в принципе, так кратенько.

    Ответ ректора БГУ

    Ректор: Спасибо, я честно, на мой взгляд, я хоть и председатель Совета университета, но такой же как бы член Совета университета, и имею право тоже на мнение, я его тоже полностью разделяю. Действительно.

    Но! Была фраза в вашем выступлении, что… Посыл понятен, я согласен с ним, но фраза, которая выводит за, она больше эмоциональная. Вот я сейчас её не воспроизведу.

    Медведем Д.Г.: Восхищение.

    Ректор: Ну наверное, не только мне это слух резануло. Когда мы готовим какое-либо заключение, проект решения, еще раз повторю, что мы должны действовать строго в рамках, дистанцироваться от всякой эмоциональной оценки. Юридическая — да, там научная экспертиза — да. Заметьте, сколько статей, и там нету слов “замечательное открытие”. Нельзя так написать, замечательное открытие. Где критерий знаменательности? Точно также восхищение, это уже больше сленг другого жанра. Это вот моя точка зрения, позиция. И в решении она… Т.е. суть то такая же. Она может не поменяться, но нам нужно уходить от этих вещей, которые связаны с эмоциональностью. Иначе мы тогда вообще нарушим все каноны.

    Хорошо, спасибо большое.

    → 12:15 PM, Dec 19
  • Что будем делать 1 сентября?

    Король А.Д.: Да, Михаил Анатольевич.

    Журавков М.А.: С места, или…?

    Реплика из зала: На трибуну.

    Король А.Д.: Нет, у нас нигде не записано как это можно делать. Можно с трибуны, можно с места.

    Выступление Журавкова Михаила Анатольевича

    Ну, я как член нашего большого коллектива и дружного, я думаю, я обязан сказать свое мнение. Хотя бы разделить на несколько частей.

    Что будем делать 1 сентября?

    Самая главная моя позиция состоит в том, что мы университет, мы все-таки… Наша главная задача учить, учить разумному, вечному и так далее. И вот в этом обращении нет ни слова вообще, что мы собираемся делать с начала учебного года. Вообще, вот как начать? Вы знаете, я много общаюсь сейчас со студентами, с бывшими выпускниками, они как-то мне звонят, приходят. Меня это очень радует. Разные мнения, я с ними разговариваю много. И один из главных вопросов, который вот задают они, и задает профессура, с которой тоже разговариваю: “Что нам делать первого сентября? Вот я вхожу в аудиторию, рука студента. И он спрашивает: “Ваше отношение, ваша позиция к событиям, которые происходят в стране”. Что отвечать?”

    Мне говорят: “Я отвечу, что это не мое дело, мое дело учить.” Но также не пойдет. Студенты говорят: “А мы встанем все и уйдем с аудитории”. Что тогда будет делать тот профессор? Поэтому на мой взгляд, сейчас университет, как главный университет нашей страны должен определить позицию для других университетов и вообще для учебных заведений, что мы делаем первого сентября. Это первое.

    О критике учителей

    Второе. Я не говорю, что все учителя, которые были в избирательных комиссиях, все хорошие, все такие славные, но те наезды, которые на Учителя с большой буквы начались — это, конечно, катастрофа. Это и на нас очень сильно отзывается. И мы, как университет, тоже должны звание профессуры в общем смысле как-то защитить и быть с высоко поднятой головой. Иначе, если мы сейчас начнем себе посыпать голову пеплом, ни к чему хорошему это не приведет. Поэтому, на мой взгляд, вот надо в первую очередь нам попробовать вот как-то рассказать и студентам. Потому что студенты и молодежь они воспринимают несправедливость очень болезненно. Вообще, как нам дальше действовать. Что наша задача спокойно нормально начать учебный процесс, учиться и разбираться потихоньку с тем, что происходит. Как это сделать? Вот здесь вопрос, мы все образованные, умные. Давайте вот подумаем. На мой взгляд, чтобы не опоздать, надо с таким лучше заявлением.

    Критика текста обращения

    Второй вот текст, я не филолог, но я бы немножко его, извините, покритиковал. Во-первых, “серьезные события последних дней”. Последние дни это в эту неделю, или как? В эту неделю вроде все так достаточно спокойно происходит, чтобы нас потрясло с точки зрения вот правоохранительных органов, которые, конечно, вопиюще были… это кошмар. Я просто знаю несколько людей, которые пострадали, это страшно просто. Видел, у нас подобное в Уручье происходило. Поэтому…

    Научный и интеллектуальный потенциал. Интеллектуальный потенциал — это по моему есть софт, есть изобретения. Я — не филолог, говорю, но как-то вот…

    И я бы в этом заявлении, естественно, высказать свою позицию по-поводу событий, которые произошли в августе после выборов, и позицию по отношению к кому вообще? Потому что в этой ситуации участвовало много сторон, много людей. Мы кого осуждаем, мы чего делаем? И как осуждаем? Мы говорим, что они плохие, или как? Это раз, ну а второе, я бы все-таки в этом обращении обязательно сказал про учебу, про основное назначение университета. И не просто какие-то общие… И что? Вот это заявление прочитают завтра студенты, прочитает наша профессура, и что? И что дальше?

    Я немножко сбивчиво, может быть достаточно резко, но мне кажется, что мы как главный университет страны все-таки должны какую-то стратегическую линию для других, для всей научной и образовательной элиты нашей страны как-то обозначить. Не обозначает министерство образования, что все-таки делать, но мы должны. Первое сентября уже все, сегодня. И я, например, мне кажется, что наши по крайней мере сотрудники в растерянности как идти, и что говорить. Спасибо.

    Ответ ректора

    Король А.Д.: Спасибо Михаил Анатольевич. Я действительно разделяю… И спасибо, вы всегда выступает так достаточно многопланово на Советах. Я разделяю то, что здесь не хватает 1 сентября, но хочу просто пояснить. Была мысль, мысль такая предварительная вчера. И обсуждали эту мысль. В каком вообще формате просто сделать вот это вот обращение. Форматы просто есть разные. Может быть вот месседж короткий очень, который, в принципе, по своей, скажем так, по своей глубине, по соотношению формы и содержания отвечает таким вот целям, а есть второй вариант более понятно развернутый и там уже хватит ли у кого-то сил дочитать до конца. Т.е. это разные концепты есть. Поэтому нам действительно здесь нужно с этим определиться.

    В отношении Первого сентября абсолютно справедливый вопрос, он волнует каждого и прочее, но здесь, если уж как-то дальше отвечать, дальше развивать эту мысль, я что Первое сентября? Действительно Первое сентября — это начало учебного года, у кого-то с 1 октября, а у нас традиция с 1 сентября. У нас есть какие-то варианты. Ну мы все, еще раз повторю, люди, которые преданы своему ремеслу. И это именно те формулировки, которые есть. Не просто ходим, потому что получаем зарплату или там по каким-то иным мотивам. В университете нету людей не равнодушных к тому, что они делают. Поэтому вопрос риторический, я считаю. Но отразить его, я согласен, нам нужно подумать вот в какой форме. Возможно и нужно отразить. Это действительно так.

    Второй момент, спасибо, что вы его затронули. Я тоже считаю абсолютно недопустимыми вот эти вот вещи, которые происходят по отношению к учителям, и абсолютно верно, это есть проекция на и вузовского профессора, преподавателя, потому что сегодня, ну вот еще раз повторю, эмоции очень хорошо, но при этом есть хороший закон. Чем выше амплитуда эмоций, тем больше сознание стремится к нулю в этот момент. Оно зашоривается. И не все учителя, как там описывают, такие-сякие там негодяи, пособники и прочие. Ну что это за…. Поэтому, конечно, меня это лично очень возмущает очень сильно. Почему это сюда не вошло? Я не могу сказать. Все обо всем не напишешь.

    По поводу того, позволю себе вот в чем не согласиться, кого мы осуждаем? Здесь написано четко. Мы осуждаем чрезмерное применение силы правоохранительными органами. Я не юрист, но то, что чрезмерное применение мы видим эти факты, мы их слышим. Конечно, правовую оценку пускай дают специалисты. Вот мы за правовую оценку. Как только мы выходим за пределы правового поля начинаются уже другие вещи. Мы это прекрасно знаем. Давайте не будем здесь… Как только человек выходит из комнаты, ветер может слева дуть, может дуть справа, простите за грубое может такое сравнение, но примерно так.

    Мы должны действовать в каких-то координатах. А координаты у нас одни. Это право! Если оно нарушено, давайте мы об этом скажем.

    Спасибо, Михаил Анатольевич, на самом деле такое многоступенчатое выступление, предложение. Можем это взять на заметку, и возьмем обязательно. Чтобы нам определиться в какой форме будем его подавать. Если вот более такой расширенный вариант. Ну да, действительно. Тоже может иметь право на существование такой вариант. Единственное, чтобы это было не пять-шесть там страниц, которые совершенно… Страница не больше, это признанный такой формат.

    Хорошо, еще кто желает выступить?

    → 10:36 AM, Dec 18
  • Проект решения Совета БГУ

    Гигин В.Ф.: Все равно читать надо.

    Король А.Д.: Ну я предлагаю что? Взять и может прочесть?

    Кохановский А.Г.: Уважаемые коллеги, я буду зачитывать, параллельно текст отображен на экране. Те, кому видно, могут прочитать проект следующего содержания.

    Проект

    Совет Белорусского государственного университета выражает серьезную озабоченность нарастающей конфронтацией общества.

    События последних дней потрясли всю Беларусь. Мы осуждаем чрезмерное применение силы правоохранительными органами и требуем беспристрастного расследования и привлечения виновных на основании закона.

    Призываем всех участников конфликта вернуться в правовое поле, искать решения в переговорах прежде всего о политическом будущем государства.

    БГУ готов предоставить свой научный, интеллектуальный потенциал для разрешения, возникшего кризиса.

    В этот драматический для Беларуси момент считаем необходимым уберечь нашу Alma Mater от деления на своих и чужих, от выражения ненависти в коллективе.

    Выступаем за сохранение вековых устоев академической толерантности и свободы мнений.

    Призываем всех членов университетского сообщества обсуждать любой вопрос, выражать мнение соблюдая гуманистические традиции БГУ взаимоуважения и солидарности.

    Единство БГУ в его многообразии.

    Комментарий ректора

    Вот предлагается такой проект обращения. Я сразу хочу сказать, что есть разные у здесь присутствующих свои позиции, точки зрения, есть разные мотивы совершенно. Я призываю уважать все эти мотивы, потому что они, какой бы они не имели характер, какой бы они не имели, скажем, источник, они имеют право на существование. Но я призываю, чтобы нас сегодня, не только сегодня, а это было 99 лет, это будет и дальше, независимо от того, кто будет присутствовать в этом зале. Призываю уважать нормы этики и возможных каких-то выступлений и диспутов. Это то, чем всегда университет славился и, я глубоко в этом убежден, будет дальше продолжать эти свои традиции. Высказываем точку зрения, можно. Мы это делаем, кстати, регулярно при освещении самых разных жизненно необходимых для университета вопросов: научные темы, материально-техническое оснащение, принятие новых программ учебных… Поэтому подымается рука, просто-напросто, я озвучиваю, как это мы привыкли делать. Пожалуйста, каждый волен выйти и выступить. Выступление до трех минут. Это тоже общепринятый регламент, который я считаю нарушать у нас нет смысла. Пожалуйста, уважаемые коллеги.


    Для сравнения предлагаю ознакомиться с окончательной редакцией обращения, размещенной на сайте университета. Из финальной версии обращения исчезла фраза о чрезмерном применение силы правоохранительными органами, а также в выражении серьезной озабоченности конфронтацией в обществе исчезло слово, характеризующее противостояние в обществе как нарастающее.

    → 9:36 AM, Dec 17
  • Открытие Совета БГУ

    Король Андрей Дмитриевич

    ректор БГУ

    18 августа 2020

    Сегодня на заседании приемной комиссии обсудили результаты приемной кампании. Понятно, что есть проблемы, хотя в целом у нас все, скажем так, количественно вышло по сравнению с прошлым годом примерно одинаково по набору платников, хотя есть вопросы. Ну и невольно затронули, скажем так, тему тех событий, которые нас всех окружают. Не просто так вот походя затронули, а прежде всего обратили внимание, что в последнее время на университет усиливается давление. Усиливается давление в информационном плане. Усиливается давление в попытках иметь единую от университета позицию, хотя я хочу напомнить, что университет это 28 юрлиц. Это десятки тысяч студентов и сотрудников. И уже один сам факт того, чтобы иметь какую-то единую позицию — это с точки зрения даже научности противоречит логике. Понятно, что в общем-то приняли решение вчера провести заседание Совета университета. Мы действуем в соответствии с регламентом, естественно, что в общем-то совет проводится не реже одного раза в месяц. Поэтому вот мы здесь все собрались и я хочу поблагодарить всех, кто откликнулся.

    Почему? Да потому, что мы все видим, что происходит в нашей стране, и очень важно, чтобы была консолидированная, такая понятная позиция. Не только руководства, но и на факультетах, чтобы деканы факультетов, заместители деканов, заведующие кафедрами, все, скажем, наши коллеги имели возможность понимать, что есть сегодня позиция университета. Поэтому сегодня у нас в повестке один вопрос. Это вопрос обсуждения того, каким может быть на данном этапе обращение университета к своим сотрудника, к своим преподавателям. Я еще раз хочу это подчеркнуть, именно к внутренней нашей аудитории. Почему? Потому что это компетенция университета.

    Поэтому я буду признателен за высказанные разные точки зрения. Это очень правильно, что они разные. Потому что здесь не должно быть никаких, скажем так, будем говорить, натянутых решений. Этим всегда университет отличался. Любой университет этим отличается. Там, где есть возможность высказывать свою позицию. Там, где есть возможность не соглашаться или отстаивать свою точку зрения… Кстати, в средние века мы понимаем, что на этом и учебный процесс организован был. Это было в стандартах записано. Здесь могу сказать профессионально. Поэтому вот предлагаю нам сейчас, цивилизованным, правовым, нормальным способом взять и посмотреть на тот проект решения, который у нас есть. Ну а дальше, как у нас собственно говоря, принято. Принято не сегодня, не вчера и не позавчера. Университету в следующем году 100 лет будет. Это тоже о чем-то говорит. Посмотреть, и критически отнестись к тому, что мы видим, представляем. Еще раз повторю, что не бывает здесь единой какой-то точки зрения. Это не аксиома, это не теорема, это мнение. И еще Сократ говорил: “Ничье мнение не является ложным”.

    Пожалуйста, есть у нас возможность…

    Медведев Д.Г.: Может сначала послушаем народ, а потом текст.

    Шадурский В.Г.: Надо текст, нам главное текст консолидированный.

    Король А.Д.: Конечно послушаем всех желающих выступить.

    Вводное выступление ректора, также как и обращение от 14.08.2020, может расцениваться как верх демократичности и плюрализма. Совет только что собрался, и ректор пока не знает настроений в коллективе. Поэтому говорит очень неконкретно. Упоминает “события, которые нас всех окружают”.
    Что за события? Это выборы? Это насилие после выборов? Это манифестации, которые прошли по стране с 14 по 16 августа? Это “Уходи” на МЗКТ 17 августа? Что? Непонятно.

    → 9:55 AM, Dec 16
  • RSS
  • JSON Feed
  • Micro.blog